Читать книгу “Провалившийся в прошлое” онлайн

Денго немедленно сказал, что поколотит хворостиной всех, если котлы не станут сиять, как лёд на реке зимой. После этого Митяй вернулся на площадь, разметил колышками и шпагатом площадку размером тридцать два на шестнадцать метров, вручил дюжине олродов большие прочные кованые лопаты и объяснил, как те должны выкопать котлован глубиной всего в метр и куда отбросить грунт, а затем объявил, что другие олроды отправляются на великую деревянную охоту, попросив десять охотников с новыми копьями сопровождать их, чтобы стоять в боевом охранении, отобрал тридцать самых рослых и крепких мастеров, посадил кого в будку, кого на понтоны, усадил Денго в кабину, и они поехали к лесу.
Там Митяй научил двенадцать олродов валить лес двуручными пилами и обрубать сучья топорами, затем взял в руки большую Макиту, за два часа свалил дюжину сорокаметровых сосен, обрезал им вершины, сучья, на скорую руку соорудил короткие салазки, прицепил их буксировочным тросом к Шишиге и принялся перевозить лес на центральную поляну. Всего до обеда он перевёз в стойбище с полсотни восьмиметровых брёвен. Олроды, вооружившись отличным инструментом, работали как одержимые, а охотники им всячески помогали. Пришли в лес и около сотни женщин, которые сразу же принялись собирать со стволов живицу. Когда они вернулись с лесозаготовок, оставив там двенадцать олродов с пилами, шесть сучкорубов и десять охотников, Митяй принялся пилить самые толстые брёвна. Напилив коротких, по шестьдесят сантиметров, чурбаков, он показал, как нужно колоть их топором, чтобы, с одной стороны, наготовить дров, а с другой – вырубить квадратные чурки сечением всего пять на пять сантиметров.
После этого он построил с помощью олродов из самых тонких брёвнышек четыре эстакады для распиловки брёвен, в пять часов вечера объявил об окончании работ и велел принести с берега реки отчищенные котлы с крышками – они у него были не полукруглой, а конической формы с плоским утолщённым дном, – доверху наполненные водой, и большие камни. Установив котлы на камни, он разжег огонь под одним и велел сделать то же самое под другими, а сам с вождём, одним охотником и салазками поехал в степь за мясом. Охотники завалили километрах в пятнадцати от стойбища здоровенного шерстистого носорога, выпотрошили его, освежевали, сложили мясо на шкуре и даже, как велел им Митяй, выдавили из кишок и желудка траву и навоз. Затащив лебёдкой на салазки шкуру с мясом и приняв на борт охотников, он вернулся в стойбище. Вода только-только начала закипать. Митяй велел женщинам не трогать носорожьи окорока и срезать острыми ножами мясо с остальной части туши, резать его на маленькие кусочки и закладывать в котлы. По его прикидкам выходило, что шулюма хватит на всё племя, и он, отобрав вёдрами лишнюю воду, помывшись сам горячей водой и окатив ею в деревянной бадье пяток голых карапузов, принялся варить его сразу во всех котлах. Несколько женщин стали чистить чеснок. Его он привёз с собой целых десять кожаных мешков.
На ужин Митяй сварил всем детям жидкую пшенную кашу с мясом, точнее, шулюм, приправленный пшеном, а взрослым – шулюм с чесночком. Как одно, так и другое блюдо он приготовил приятно подсоленным на вкус и велел начать есть шулюм и кашу из двух первых котлов, сначала накормив досыта женщин и детей, после чего быстро помыл котлы, приказал натаскать в них свежей воды и разжечь огонь пожарче, чтобы поскорее заварить в них чай.
Ужин всем очень понравился, но больше всего народ был доволен тем, что Митяй привёз с собой не только крупы и пшено, но и две большие ёмкости с солью. После ужина, уже при свете фар, Митяй велел выкопать в земле – а почва здесь была глинистой – яму, застелил её носорожьей шкурой, предварительно зашив в ней дыры, порезал мясо на нужного размера куски и засыпал их солью с сухими веточками укропа и чесночком, после чего закрыл шкурой и велел плотно обложить камнями, чтобы собаки не добрались ночью до мяса, заложил в котлы носорожью требуху, ливер с печёнкой и костным мозгом и распорядился, чтобы под котлами всю ночь поддерживали медленный огонь. Поэтому наутро всему племени было чего куснуть на завтрак, ведь за ночь сварился такой замечательный хаш из носорога, что пальчики оближешь. Народ от его невероятной щедрости пришел в восторг. Увы, но в этом племени даже двухразовое питание ещё не стало нормой повседневной жизни.

Глава 11
Встреча митяя с чёрными даргами

Всего за десять дней Митяй сделал для племени даргаларов – так он прозвал этих людей на четверть, если вообще не на одну восьмую, а может быть, и того меньше, неандертальцев, – больше, чем все предыдущие ведлы. Олроды под его руководством построили два больших дома с засыпными стенами, сложенными из толстенного бруса и оштукатуренными снаружи смесью глины, песка и носорожьего и мамонтового навоза. Штукатурка вышла на диво крепкой. В домах были настелены деревянные полы и установлены двухэтажные деревянные полати. Двускатные крыши олроды накрыли мощными досками, толстым слоем штукатурки, а затем ещё и шкурами для вящей надёжности, придавив их плоскими камнями.
Митяй помог им построить пять больших печей для обжига кирпича и керамики, а также изготовил гончарные круги. Когда кирпичи обожгли, он сложил в обоих домах по две большие круглые печи, в которые можно было вставить по одному котлу и снять с них или же закрыть круглые дырки большими керамическими заглушками. На третий день он смотался за солью и привёз её даргаларам целую машину. Ещё он научил олродов строить дома и изготавливать повозки без гвоздей, используя одни только стамески, чтобы прорубать в брусьях и досках отверстия и собирать их на шпунтах. В общем, научил ведлов очень многим новым приёмам работы и, что самое главное, обеспечил почти всеми необходимыми инструментами.
Из всех запасов вяленой рыбы и мяса Митяй оставил только то, что не начало вонять, а остальное скормил ракам. Лосось уже пошёл на нерест, а потому даргалары наловили и насолили рыбы столько, что им её хватит на три года. Да и солонины они заготовили немало, и её всю вскоре должны были снести в третью избу, самую мощную, чтобы ни один зверь не смог в неё проникнуть.
Новые друзья Митяя не могли нарадоваться, что он и Шишига приехали к ним в гости. Олроды переняли у него и способы кроя и шитья, ниток он им привёз, но самое главное, многие женщины быстро научились вязать крючком и спицами. Охотники мигом завалили двух здоровенных мамонтов, и олроды расчесали стальными гребнями и состригли ножницами всю шерсть с них, а уже потом дали им освежевать и разделать добычу, а Митяй помог перевезти её в стойбище. Научил он олродов и выделывать шкуры, используя мочу для дубления.
Хотя Ботаник гостил у даргаларов всего десять дней, научил их многому, в том числе и варить мыло. Баню им предстояло построить уже без него. Митяя ждала соляная охота, и он очень спешил к Тане. Утром десятого дня он прощался с новыми друзьями. Денго, пристально глядя ему в глаза, сурово сказал:
– Митяй, возьми с собой шестерых охотников. Ты же знаешь, солёная вода принадлежит чёрным даргам, и они убивают всех, кто осмеливается приходить к ним на соляную охоту.
– Не волнуйся, Денго, меня они не убьют, – с улыбкой ответил Митяй. – Шишига вырастила себе новую стальную шкуру, и её не пробьют их копья с кремнёвыми наконечниками. К тому же связываться со мной очень опасно, я и сам кого хочешь убью.
Вождь порывисто воскликнул:
– Вот и убей охотников чёрных даргов, Митяй! Они убивают всех не только на той, но и на этой стороне, если видят, что их больше. Они заняли все земли от Великой реки и до далёких высоких гор, где наше племя жило раньше. Нет чтобы сидеть на одном месте, чёрные дарги бродят везде, как голодные волки.
– Ага, – согласился Митяй. – Убью, а их мясо привезу тебе, чтобы ты его съел со своими охотниками.
Вождь поморщился и проворчал:
– Даргалары не едят мяса людей, Митяй. Мы же не чёрные дарги. Хоть они совсем как звери, всё равно люди.
– А я убиваю только то, что собираюсь съесть, – строго сказал Митяй. – Ладно, Денго, с чёрными даргами я разберусь по-своему, а теперь послушай, что я тебе скажу. За всё, что я сделал для тебя и твоих людей, ты должен мне много что отдать. Что именно, я тебе сейчас не скажу. Поговорим потом, когда я и Шишига снова приедем к тебе. Может быть, этой зимой, а может, будущей весной или летом. Ты согласен?
Денго кивнул и сказал:
– Правильно, камень за камень, шкура за шкуру, добро за добро, Митяй. Ты сказал умные слова.
– Разумеется, – с улыбкой откликнулся Митяй. – А за причинённое соседу зло – справедливое наказание. Всё это так, Денго, а потому даже дружба не должна быть помехой трезвому расчёту, и рано или поздно я приеду, чтобы ты рассчитался со мной сполна. Мы с тобой сядем, выпьем по стопке нашего особого, командирского чая и обо всём договоримся без обид. Если что случится, то ты знаешь, как меня найти. После Шишиги остался на земле заметный след, но я и без того хорошо объяснил тебе и нарисовал на шкуре, как идти до моего стойбища. Вождь улыбнулся и сказал, ткнув себя пальцем в грудь:
– Сердце говорит мне, Митяй, что мы увидимся уже очень скоро, а оно знает правду. Ладно, будь осторожен на соляной охоте. Мои охотники были вчера на той стороне и говорят, что чёрные дарги направляются к солёной воде. Они обязательно нападут на тебя там, Митяй, поэтому лучше возьми с собой моих детей.
– Вот же заладил, старый ворчун! – воскликнул Митяй, хотя Денго было не старше сорока. – Говорю же тебе, они мне не страшны. Денго, я приготовил для них такой сюрприз, что они зарекутся нападать на меня и Шишигу. Ну всё, прощай, друг.
Митяй сел в кабину Шишиги, и та, освободившись почти от всего груза, помчалась по степи вдоль левого берега чуть ли не на максимальной скорости. Предчувствие, заставившее новоиспечённого ведла модернизировать понтон вездехода, не обмануло. Во время своей первой поездки за солью он не обратил особого внимание на признаки присутствия человека на берегах озера, хотя они там и имелись. Наверное, потому, что был тогда слишком беспечен. Чёрные дарги тоже проявили беспечность и не пресекли кражи соли, хотя та им и не принадлежала. Они же за неё никому ничего не платили и воду из озера не выпаривали. Ладно бы они торговали солью, а так и сами не употребляли её в пищу, и другим не давали добывать, да ещё и ходили в бандитские рейды на левый берег Кубани и нападали на отряды охотников, словно отпетые сомалийские пираты. Поэтому Митяй решил их малость припугнуть, но для начала поднялся вверх по реке до места расположения будущей станицы Успенской, где правый берег ещё был пологим, и там с ходу форсировал Кубань, чтобы подъехать к Солёному озеру с запада.
Едва добравшись туда, как раз занималось утро, Митяй сразу же почуял неладное – чёрные дарги, хотя он их и не увидел, поднявшись на холм неподалёку от Большого Солёного озера, уже крутились где-то рядом и распугали всех коров, быков и оленей, – и потому немедля принялся сооружать минное заграждение. С собой он привёз бочку с нефтью, огромную бухту толстого псевдоканата, сплетённого по его просьбе из сухих листьев камыша олродами, а также деревянные заготовки и три прочные, хотя и бросовые, длинные верёвки, свитые ещё дома из рогожи. Из деревянных заготовок Митяй быстро собрал трое салазок и три гротескные, пятиметровой высоты куклы, которые обмотал канатами из камышовых листьев и пропитал нефтью, после чего накосил сухой травы и соорудил за пределами полосы соли валки трёх полуколец предупредительной огненной полосы. Их он тоже полил нефтью и проложил к ним зажигательные дорожки. Под занавес, уже около трёх часов дня, вкопав брёвнышки и привязав к салазкам верёвки, он принялся быстро загружать в Шишигу соль. На этот раз он уже особо не привередничал, а поскольку подъехал к знатному пласту, то за каких-то три с половиной часа засыпал в машину добрых четыре с половиной тонны, как того и хотел. И тут почуял, несмотря на запах нефти, даргов, хотя всё же скорее почувствовал их присутствие инстинктивно.
Митяй забросил в машину ещё пару лопат соли, затем саму лопату, взял в руки бинокль и принялся осматривать пологий склон, поросший высокой, уже начавшей сохнуть травой и редкими кустами шиповника и тёрна. Чёрные дарги – а он насчитал их почти четыре десятка – проявили отменную смекалку.