Читать книгу “Провалившийся в прошлое” онлайн

Похоже, что мнением невест никто вообще не интересовался, и тогда Митяй сурово рявкнул на их горластых мамаш и, вертя Таню перед молодыми, без какого-либо подвоха, невестами, принялся рассказывать, что огребут те, если станут добрыми, нежными и ласковыми подругами его ведлов, знающих такие охоты, о которых, кроме него, вообще никому неведомо. Попутно он сразу же успокоил всех невест, что на следующее лето приведёт им столько женихов, что их хватит на всех женщин, но сначала даргаларки должны доказать ведлам-аларам, что они стоят таких капиталовложений. В общем, витийствовал он, как профессиональная сваха, если и того не лучше, как организатор невероятно хитрой и изощрённой пирамиды.
Вслед за своим выступлением он встал фейсконтролем на входе в княжескую избу, велел зайти в неё княгине Ксении и Тане, после чего предложил войти в неё всем невестам, мечтающим обрести такого мужа, который наутро не сбежит, так как бежать тому просто будет некуда, ведь квартира у них будет совместной. Перед Митяем прошло шестьдесят две девушки и молодые женщины в возрасте от семнадцати до примерно двадцати трёх лет. Тане, как он уже успел выяснить, следующей весной должно было исполниться всего двадцать два года.
Хотя все красотки и были облачены в замшевые длинные рубахи, меховые штаны с куртками и обуты в бахилы мехом внутрь, Митяй остался ими вполне доволен, поскольку смотрел на каждую по минуте-другой, особым ведловским взглядом. Вместе с тем они ещё и обнюхивал их, и его чуткий нос ни в одной из невест не учуял болезни, лишь одна девушка прихрамывала на левую ногу и потому очень боялась, что её забракуют. Митяй беспрепятственно пропустил молодую красотку в избу, но при этом крикнул Каньше, чтобы они не придирались к последней девушке и что он сам займётся её ногой.
Как только медкомиссия приступила к осмотру девушек на предмет их «профпригодности», он, взяв под руку князя, попросил мамаш, а их насчитывалось пятьдесят девять штук, пройти вместе с ними в соседний дом, судя по всему совсем недавно построенный. Там князь вытолкал взашей всех его обитателей, и они расселись за длинным столом – началось большое толковище. В доме если чем сильно и пахло, так это мылом. Несколько женщин, обитательниц этого дома, сразу же затопили печь и вскипятили в чугунном котле чай. Вскоре подошли княгиня, Таня, катившая Ижика, и все невесты, нахмуренные и сосредоточенные, как никогда ранее.
Из большого ящика были вынуты две сахарные головы и овсяное печенье на сухом молоке и яичном порошке. За чайком Митяй принялся подробно объяснять князю и матери-княгине, как завтра будет проходить процедура сватовства, а мамашам велел слушать внимательно, так как вслед за первой партией женихов на горизонте нарисуется вторая, и тогда сваты будут обращаться уже к ним, а не к князю. Князю это не понравилось, и он возмущённым голосом воскликнул:
– Почему это женихи станут покупать себе невест у их матерей, а не у меня, князя Дениса?
Митяй ехидно спросил:
– И что ты станешь делать с бахтаком, полученным от жениха за невесту?
Князь тут же ответил:
– Как что, отдам матерям невест, а мало-мало бахтака отдам тем, кому вообще ничего не досталось. Зачем мне нужно столько добра, я ведь один его даже не смогу унести.
– Не бойся, князь Денис, помимо большого бахтака матерям, есть ещё малый бахтак всем даргаларам. Ты скоро станешь князем и даргаларов и аларов, а потому уже не сможешь принимать свадебный бахтак за то, чтобы сваты вошли в город. Они же в нём будут жить, так что ничего не выйдет.
Митяй прекрасно понимал, что для даргаларов всё, о чём он говорит с такой серьёзностью, всего лишь игра. Может быть, у них уже и имелись какие-то традиции и обряды, но только не на семейном фронте. Семьи как таковой ни у даргаларов, ни у аларов ещё не было, но уже имелись личные привязанности. Вводя довольно внушительный бахтак за невесту, Митяй сразу же пояснил: если из невесты получится такая жена, что ну её к чёрту, муж всегда сможет пожаловаться на неё князю, и тот, выяснив всю тяжесть ситуации и не найдя путей к примирению, может взять ту за руку и отвести обратно к матери в том, в чём она была. Бахтак возвращать не придется, но во второй раз за эту козу никто не даст и гнутого гвоздя. Заодно Митяй объявил невестам, что когда завтра в стойбище приедут женихи, на них из одежды должна быть одна только набедренная повязка, да и та не слишком большая, не от бровей и до пяток, чтобы жених видел, какой товар плывёт ему в руки, и не кочевряжился.
Под занавес же он усадил хромоножку на стол, вооружился хирургическими инструментами и за каких-то десять минут извлёк под местным наркозом из ступни девушки, отменной красотки, острую рыбью косточку, которая воткнулась девушке в ногу несколько месяцев назад и мешала ходить, зашил рану, забинтовал ногу и сказал, что через несколько дней та будет бегать по степи, как сайга.
На следующий день, ровно в полдень, Шишига подъехала к наглухо закрытым воротам, Митяй вышел из машины вместе с Таней и принялся колотить в ворота кулаком, громко вопя:
– Открывайте ворота, хозяева, к вам купцы приехали!
Он едва успел отскочить назад, с такой силой три десятка нарядно одетых охотников распахнули перед ними ворота, за которыми уже стоял бок о бок с княгиней-матерью благоухающий лавандой князь Денис, одетый во всё белое. Позади них встало всё племя и прямо за спиной толпа невест, пока что облачённых в длинные замшевые рубахи, но уже без меховых штанов, в одних только меховых тапочках.
Митяй отвесил церемонный поклон большой матери и поприветствовал:
– Здравия тебе и долгих лет жизни, мать-княгиня Ксения. Будь здрав, доблестный князь Денис. Проведал я, что у тебя есть хороший товар, а у меня на него нашлись богатые купцы. Потому сели мы в Шишигу и поехали к тебе.
Князь Денис приосанился и весело забасил:
– Много товара в моём славном городе Новокубанске, брат мой Дмитрий! Есть мясо и рыба солёная, есть икра красная и крупная, есть колбасы копчёные. Много шкур у меня, и выделанных, и солёных, леса заготовлено на много зим и кость имеется. Есть и камень жёлтый, что блестит, как солнце, из которого княжеские венцы и другие украшения ведлы-мастера льют. За каким товаром ты приехал, брат мой Дмитрий, и купцов привёз?
Таня стояла чуть сбоку и записывала эту речь, уже раз пять отрепетированную, на видеокамеру. Митяй ответил:
– Такого товара, князь, в моём городе Дмитрограде и без того полно. Все полки и бочки от него ломятся. Мне не такой товар нужен, а другой – молодые девушки-красотки. Вот за них мои купцы готовы богатый выкуп их матерям заплатить, а я тебе, князь, за то, что ты их в свой город пустишь, ещё больше заплачу. Есть у меня для тебя одежды богатые, копья и прочее оружие для охоты, инструмент для ведлов-мастеров и сладкий камень, который воду слаще мёда делает, а также горючая вода и разрывные камни, чтобы чёрных даргов отпугивать, если они к тебе зимой сунутся и захотят порушить твой славный город Новокубанск. Ну как, брат мой князь Денис, ударим мы с тобой по рукам?
Ага, попробовал бы Денго после этого не ударить по рукам. Новоиспечённый князь в белых одеждах воскликнул:
– Ещё как ударим, брат мой Дмитрий! Пускай Шишига заезжает в мой город, и скоро-скоро твои купцы увидят наш товар.
Игнат, сидевший за рулём, получив сигнал от Митяя, завёл двигатель и на первой передаче въехал в город. Как только они подъехали к дому Денго, он принялся руководить олродами, бросившимися к машине, и те стали разгружать Шишигу, снимая ящики с подарками и новенькие бочки с нефтью с понтона, а также тюк с её будки, не тронув два тюка побольше размером, и показывать всем, какой момор бахтак привёз Дмитрий Олегович. Дары были и в самом деле богатыми, но князь не стал их немедленно распределять, а велел занести в свой дом. Митяй подал сигнал, и мастера, наконец, вышли из Шишиги, держа на руках щенков. Они подошли к князю и княгине-матери, чинно поприветствовали тех и попросили принять в дар сыновей и дочерей Крафта и Мунги. Это был очень ценный дар для племени охотников. После этого парни быстро стащили с будки оба тюка, положили их справа и слева от машины и принялись с весёлыми шутками и прибаутками, которым научились от Митяя, одаривать всех мужчин и женщин подряд. Детям они вручали по три разноцветных леденца на палочке и мешочку со сладостями.
Подарки были довольно однотипными. Для мужчин – пара зимних рукавиц из стриженой шкуры волка, треух, пара носок, нож, опасная бритва, два куска белого мыла и стальная ложка. Женщины, включая невест, получали то же самое, только вместо опасной бритвы шли ножницы, розовое лавандовое мыло, кувшинчик с глицерином, пахнущим цветом шиповника, гребень из кости и прямоугольное стеклянное зеркало в деревянной рамке с ручкой. Рёв и визг стояли такие, что Митяй чуть было не оглох. Невесты, получив замшевые мешочки с рядовыми свадебными дарами первыми, тут же умчались в тот дом, в котором происходило вчера совещание, из него вынесли все полати, переодеваться, а точнее, раздеваться перед смотринами. Ну а фасонистые женихи и так всем понравились сверх всякой меры.
Народ разошёлся, и Митяй с Таней, князем Денисом и матерью-княгиней, возглавив женихов, направились в дом на смотрины. Некоторые невесты, надушившись на скорую руку глицерином, вообще решили устроить самый настоящий стриптиз и сняли с себя даже набедренные повязки, так что женихам было на что посмотреть. К полудню следующего дня смотрины завершились, и каждый из ведлов-мастеров присмотрел себе пару. Причём не абы как, а ведловским взглядом, и тут отличился Игнат, выбравший себе кареглазую очаровательную хромоножку со светло-каштановыми волосами, ещё не родившую ребёнка. Махья была примерно одного с ним возраста, и между ними сразу же пробежала мощнейшая искра. Молодой ведл-кузнец и механик не стал долго раздумывать, он немедленно шагнул вперёд, положил девушке руки на плечи и принялся громко шпарить любовное признание таким высоким штилем, что всех даже оторопь взяла. Молодость, однако. Игнат, получив согласие Махьи стать его женой, подвёл её к Митяю и попросил дать ей новое, русское имя. Единственным приемлемым вариантом Митяй счёл имя Мария, Маша. Игнат пулей метнулся в Шишигу, вернулся с большим мешком женской одежды и вскоре подобрал для своей невесты, одетой в набедренную повязку из волчьей шкуры, подходящий женский наряд. Ещё через несколько минут он скатил с понтона Ижи-ка, забросил за спину двуствольную тулку и укатил со своей невестой в степь, чтобы продолжить там знакомство. Вернулись они только утром следующего дня, и Игнат вручил большой мешок со своим момор бахтаком матери невесты. Митяй с удовольствием отметил, что более довольной физиономии, чем у него, он ещё никогда в жизни не видел.

Глава 14
Чисто семейные разборки Митяя

Сватовство принесло Митяю прекрасные дивиденды, выраженные в трудовых ресурсах. Как он и предполагал, ему пришлось смотаться в Новокубанск трижды. Первые два раза за невестами, он привёз из этого городка пятнадцать сильных и здоровых молодых женщин – четверо из них и вовсе были девушками, причём самую юную, высокую и статную Елену, взял в жены самый старший из мастеров, Данила, – и одиннадцать детей в возрасте от года до трёх лет, девять из которых были мальчиками. Помимо этого он привёз ещё и девятерых мужчин – пятерых охотников и четверых мастеров с их невестами, взятыми у матерей в долг, с их детьми. Это позволило им всей толпой навалиться и построить за три недели, до первых морозов, ещё два трёхэтажных капитальных дома там, где раньше находился скотный двор, и даже сделать в них отделку. Пока шла стройка, Митяй смотался в Новокубанск ещё раз.
В третий раз он поехал туда без Тани, чтобы отвезти свадебные дары мамашам, а вернулся ещё с двенадцатью семейными парами с детьми – все мужчины были мастерами, – и князем Денисом.