Читать книгу “Поверь и полюби” онлайн


Софи бросила на нее вопросительный взгляд. Пэнси полезла в карман фартука, вытащила оттуда большой кусок земляничного пирога и помахала им в воздухе, приглашая напарницу разделить трапезу. У Софи сразу потекли слюнки. Но перед тем как подойти к Пэнси, она опасливо посмотрела через плечо на Фэнси. К счастью та была слишком занята составлением списка своих обязанностей на следующий день, чтобы обращать внимание на что нибудь другое. Софи осторожно поднялась со стула и подошла к Пэнси.
– Помню, ты как то говорила, что очень любишь земляничные пироги, – сказала та. – Угощайся!
– О, Пэнси! Откуда такая вкуснятина?
– Осталось от хозяйского завтрака. Я вспомнила, что тебе нравятся такие пироги, и попросила у Кук кусочек.
– Спасибо, Пэнси, – улыбнулась Софи и попробовала пирог. Остальное она припрятала в карман, чтобы доесть попозже.
Пэнси оглянулась по сторонам и, понизив голос, заговорщически спросила:
– Как тебе понравилась склока между Джоном и Фэнси по поводу мисс Стюарт?
Софи улыбнулась. Мисс Стюарт она не знала, зато Джон Уилфорд ей нравился. Он был всегда вежлив, внимателен, никогда не старался подчеркнуть свое превосходство, как это постоянно пытались делать другие слуги. Иногда даже помогал Софи, что было особенно трогательно. По своему положению в доме Джон не должен был заниматься черновой работой, а потому такое внимание и даже уважение к новой поденной служанке удивляло Софи. Но его доброе отношение наполняло душу девушки теплом и благодарностью. Она от всей души желала Джону счастья и всяческих удач в жизни.
– Скажи, Пэнси, а есть ли хотя бы доля правды в этой болтовне? – ответила она вопросом на вопрос.
Пэнси, продолжая полировать очередной нож, утвердительно кивнула.
– Джон любит мисс Стюарт почти двадцать пять лет и только два или три года назад добился взаимности.
– Двадцать пять лет! – в изумлении воскликнула Софи, пораженная не столько нежными чувствами Джона, сколько солидным возрастом личной горничной маркизы. – Неужели мисс Стюарт служит у маркизы так давно? Двадцать пять лет!
– Вовсе не двадцать пять! Да будет тебе известно, в этом году исполняется тридцать два года с тех пор, как мисс Стюарт впервые появилась у нас в доме и сразу стала личной горничной маркизы. Они знакомы с той поры, когда наша хозяйка еще была невестой лорда Бересфорда. Впрочем, сейчас мисс Стюарт практически не исполняет обязанностей горничной. Ее скорее можно считать компаньонкой маркизы. Кстати, ты еще с ней не знакома?
Софи отрицательно покачала головой:
– Даже ни разу не видела.
– Неудивительно. Сейчас у нее очень много дел из за болезни маркизы, приходится чуть ли не целыми днями сидеть у постели хозяйки. Ни на что другое времени просто не остается, так что понятно, почему вы еще не встретились.
– Мне кажется, мисс Стюарт очень предана маркизе.
– Да, это так. У нее мягкое, доброе сердце. И никакая она не чванливая! Фэнси просто врет! Например, ей очень понравилось, как я стираю кружевные оборки на платьях. Она сказала об этом маркизе и попросила для меня прибавки к жалованью. Хозяйка тут же согласилась. Я искренне рада, что она, наконец, обратила внимание на Джона. Он прекрасный человек и может сделать мисс Стюарт счастливой!
– А почему она так долго не замечала Джона?
– Видишь ли, мисс Стюарт можно пожалеть. Когда то давно, почти тридцать лет назад, она полюбила одного моряка, но он утонул в море. Это разбило ее сердце. Мисс Стюарт страдала и плакала чуть ли не двадцать лет и оставалась ему верна даже после гибели, а потому не обращала внимания ни на одного мужчину.
– Но Джон, стало быть, продолжал надеяться? Наверное, он очень любил мисс Стюарт?
– Да. Я слышала, что восемь лет назад ему предложили место дворецкого в одном очень богатом доме, но он отказался, потому что хотел быть рядом с ней. Ведь Джон – первый слуга маркизы, а потому имеет возможность часто встречаться с мисс Стюарт.
– Как хочется, чтобы их история имела счастливое продолжение! – вздохнула Софи. – Будет несправедливо, если столь преданная любовь Джона не получит достойной награды.
– Уверена, что так и будет. В следующем году они намерены пожениться, купить таверну и открыть свое дело.
В этот момент дверь кухни открылась и на пороге появилась пожилая, очень худая женщина с усталыми глазами и сильно поседевшей головой. Пэнси мгновенно умолкла и шепнула на ухо Софи:
– Вот она. Легка на помине!
Софи очень захотелось рассмотреть поближе личную горничную маркизы. Сделав вид, будто ей понадобилась чистая тряпка, она встала и подошла к стоявшему совсем рядом с дверью сундуку, где таковые хранились. Открыв крышку, Софи принялась рыться в нем, искоса поглядывая на мисс Стюарт.
Чем дольше Софи изучала ее, тем больше удивлялась. Она спрашивала себя: что побудило Джона Уилфорда столько лет добиваться расположения этой дамы? Право же, в ней не было абсолютно ничего примечательного! Сморщенное лицо, тусклые глаза под толстыми стеклами очков, какие то расплывчатые черты, которые невозможно запомнить… Софи подумала, что за всю свою жизнь она еще не встречала такой непривлекательной женщины. И все же… все же…
Порывшись еще некоторое время в сундуке, Софи вновь подняла голову, чтобы повнимательнее изучить предмет страсти Джона Уилфорда. На этот раз она до неприличия долго смотрела мисс Стюарт чуть ли не прямо в лицо. И заметила нечто такое, что ускользнуло от ее внимания несколько минут назад. Лицо личной горничной маркизы теперь показалось Софи открытым, мягким и очень добрым.
Мисс Стюарт улыбнулась и мгновенно преобразилась. Софи почти физически почувствовала исходящее от этой женщины тепло. Глаза перестали быть тусклыми, загорелись живым, озорным огоньком и стали на редкость красивыми. Они притягивали к себе как магнит.
Только теперь Софи поняла, почему такой милый, умный и порядочный человек, как Джон Уилфорд, полюбил эту женщину. Он разглядел в ней главное: прекрасную, добрую душу и внутреннюю красоту.
– Джон сказал, что меня удостоили чести сегодня поработать с вами, миссис Хиггинс, – обратилась мисс Стюарт к Кук.
Софи впервые услышала, как зовут повариху. Оказывается – Хиггинс, а Кук – просто прозвище… «Кук» означает «повар». Вот почему все ее так звали!
Миссис Хиггинс так растрогалась от нормального человеческого обращения, что раскраснелась и, что было ей совершенно несвойственно, заулыбалась…
– Да, мисс Стюарт, – сказала она. – Мне нужно, чтобы вы перевели с французского один кулинарный рецепт.
– С превеликим удовольствием, – согласилась мисс Стюарт, ответив ей милой улыбкой.
Мисс Хиггинс, в свою очередь, улыбнулась еще лучезарнее, продемонстрировав свои великолепные ровные зубы, и вручила личной горничной маркизы рецепт приготовления французского супа.
Мисс Стюарт сняла очки, протерла глаза и вновь надела. После чего принялась за перевод.
– Это какое то специфическое французское блюдо. Похоже, суп из осетрины. Минутку, сейчас постараюсь перевести поточнее. Что то в последнее время я стала плохо видеть.
– Мисс Стюарт, – встряла в разговор Фэнси, – а почему бы вам не попросить о помощи. Скажите, пожалуйста – нашу новую служанку? Говорят, что ее отец – не то граф, не то барон.
И она указала глазами на Софи.
– Вы читаете по французски, мисс… мисс Скажите, Пожалуйста?
По недоверчивому выражению, появившемуся на лице мисс Стюарт, стало очевидно, что она не поверила в способности простой поденной служанки. Софи поняла: если сейчас не проявить себя, то вся прислуга в доме начнет ее презирать, а разговоры о знатном происхождении новой служанки будут объявлены вздорными слухами, которые она сама якобы и распускает.
– Конечно, Фэнси, я с радостью помогу, – согласилась Софи, протягивая руку за рецептом. – Мне будет особенно приятно оказать подобную услугу мисс Стюарт. Кстати, мисс Стюарт, нет ничего удивительного в том, что ваши глаза стали хуже видеть. Сколько же ночей можно не спать у постели больной маркизы! Но ведь сегодня вы чувствуете себя получше, не правда ли? Иначе не пришли бы сюда.
Губы мисс Стюарт сложились в самую очаровательную улыбку, какую Софи когда либо доводилось видеть.
– Да, вы правы. Мне сегодня стало легче. Я вам очень благодарна за такое внимание, мисс…
– Бартон.
– Большое спасибо, мисс Бартон. Фэнси сейчас сказала, что ваш отец – барон. Это действительно так?
– Да, – утвердительно кивнула Софи. – Но несколько педель назад счастье ему изменило и он разорился.
– Поэтому вы и согласились здесь работать?
– Да.
– Бедное дитя! Вам, наверное, сейчас ужасно тяжело.
– Вы не ошиблись, мисс Стюарт, – призналась Софи, сердце которой таяло от благодарности к этой доброй женщине.
Мисс Стюарт снова улыбнулась:
– А что вы еще умеете делать, кроме как читать на французском?
– У меня, право, нет никаких особых достоинств, помимо образования, полученного в Бате.
– Понятно. Но там вас, наверное, готовили к тому, чтобы стать светской леди? Конечно, знакомили с искусством, живописью, музыкой… Так ведь?
– Так.
– Простите, не вы ли на прошлой неделе так искусно починили платье маркизы?
– Я.
– Значит, вы – прекрасная портниха! И если все другие ваши способности столь же неординарны, то вы, несомненно, сумеете найти себя в этой жизни.
– Простите, мисс Стюарт, – вмешалась в разговор Кук, – но у меня мало времени. Боюсь, что не успею приготовить обед. Будьте добры, переведите этот рецепт!
– Конечно. Но мне кажется, что это лучше сделает мисс Бартон. Так?
Софи пробежала глазами бумажку и кивнула мисс Хиггинс:
– Это рецепт приготовления французского супа из осетрины. Для этого, помимо рыбы, требуются лимон, сливки и соус по вкусу.
Софи бросила на Фэнси победный взгляд, у той же глаза загорелись самым настоящим бешенством. А мисс Хиггинс села на стул около плиты и приступила к приготовлению супа.
– Фэнси, – с улыбкой сказала мисс Стюарт, – я вижу, что вы не знаете, чем заняться. Закончите, пожалуйста, вместо Софи чистку камина.
– Вы забыли, что я горничная, в обязанности которой не входит работа на кухне, – надменно ответила Фэнси.
– Тебя наняли сюда как служанку, – раздался голос миссис Пикстон. – Это значит, что ты обязана выполнять любую работу, которую хозяева посчитают необходимой.
Софи стоило большого труда удержаться от ехидной улыбки. Она поспешно повернулась к Кук и закончила перевод. Все это время мисс Стюарт смотрела на новую служанку. Потом загадочно улыбнулась и вышла…