Читать книгу “Поверь и полюби” онлайн


Жеребец фыркал, сердито ржал, но пока не пытался лягнуть злобную пигалицу. Но вот собачонка улучила момент и таки впилась в ногу гордого животного своими маленькими острыми зубками. Тот громко заржал от боли и одним движением ноги отбросил мерзкую тварь, чудом не размозжив ей голову копытом. Но она тут же вскочила и с громким визгом снова бросилась на жеребца.
В этот момент из за ворот конюшни раздался отчаянный вопль:
– Буу бука!!!
Во двор стремглав ворвалась мисс Эллен и, не думая о том, что конь может ударить ее копытом, бросилась разнимать животных. Главным для нее сейчас было спасение собачонки.
Что касается маркиза, которого жеребец сбросил на землю после нападения Минг Минг, то он сидел на земле посредине двора, почесывая ушибленный бок.
– Отец! – воскликнул Николас, бросаясь к нему.
– Ничего, Колин! Со мной все в порядке. Но боюсь, что Эллен может здорово достаться, если ты ее сейчас же не оттащишь от этих драчунов.
Николас посмотрел туда, куда кивнул отец, и с трудом удержался от хохота. Эллен бежала за лошадью, держа ее за хвост, и требовала, чтобы та остановилась. Животное почему то не подчинялось приказу, ибо, вероятно, недостаточно хорошо понимало человеческую речь. Жеребец становился на дыбы, бил копытами о землю, проделывал почти акробатические трюки, стараясь освободиться как от собачонки, так и от ее хозяйки.
Поняв, что, если он немедленно не вмешается, дело может окончиться плохо, Николас бросился к Эллен и, схватив ее руку, с силой оторвал от конского хвоста.
– Буу бука! – продолжала визжать мисс Эллен, пытаясь вырваться и броситься за собачонкой, которая прыгала между ног жеребца, удивительно ловко уворачиваясь от его копыт.
– Вы что, хотите погубить себя и животных?! – закричал на нее Николас. – Стойте на месте!
– А буу бука? Как же моя буу бука?! – зарыдала мисс Эллен.
Николас оттащил гостью к воротам, после чего за дело взялись подоспевшие четверо грумов, Оливер – главный конюх – и двое его помощников. Маркиз, вокруг которого тут же стала хлопотать Софи, чуть отстранил ее рукой и зычным голосом крикнул им:
– Оставьте в покое жеребца! Гилберт успокоит его, как только вы уберете эту плюгавую четвероногую ведьму.
– Ведьму? – взвилась мисс Эллен. – Да как вы смеете ее так называть?!
Она снова попыталась освободиться от Николаса, но, когда это не удалось, запрокинула голову назад и, глядя ему в лицо, зашипела:
– Долго вы будете стоять как истукан? Сделайте же, наконец, что нибудь! Спасите Минг Минг, если вы мужчина!
– Минг Минг не проявляет никакого желания спасаться. А я действительно потеряю право называться мужчиной, если допущу, чтобы вашу глупую голову размозжили копытом! – резко парировал Николас.
Тем временем собачонка вцепилась в руку Гилберта, пытавшегося оторвать ее от ноги жеребца. Николас отпустил руку мисс Эллен и строго сказал:
– Если вы будете спокойно стоять на месте без очередных глупостей, то я попытаюсь что нибудь сделать. В первую очередь ради Гилберта. Я ценю его за умение обращаться с животными и не допущу, чтобы он получил травму.
– Гилберт? Как он смеет заниматься мерзким жеребцом, в то время когда опасности подвергается Минг Минг?!
– Это ваша то Минги подвергается опасности? – прорычал Николас. – Или вы не видите, что она сама бросается на всех подряд?
Он подумал, что чуть позже серьезно поговорит с маркизой и попросит ее быть более разборчивой в выборе невест. Отпустив мисс Эллен, Николас подошел к отцу и, выяснив, что ничего серьезного с ним не случилось, облегченно вздохнул и направился к грумам. Те толпились около животных и безуспешно пытались их разнять. Пробравшись вперед, Линдхерст позвал:
– Минг Минг! Иди сюда, девочка!
При этом он, подобно мисс Эллен, щелкнул в воздухе тремя пальцами, указав собаке место около его ног. Собачонка отскочила от жеребца и посмотрела на Николаса.
– Ну, иди ко мне, Минг Минг!
Он снова щелкнул пальцами и наклонился, подманивая к себе собачонку. Но та неожиданно подпрыгнула и вцепилась в ногу жеребца. Несчастное животное взвилось на дыбы от боли.
Грумы кинулись врассыпную, опасаясь случайного удара копыта, а Эллен завизжала так, как будто ее собирались убить. Николас посмотрел в ее сторону, испугавшись, что гостья снова бросится спасать «буу буку», но успокоился, увидев, что мисс Эллен крепко держит за руку мадемуазель Лоринг, решительно пресекая все попытки своей хозяйки броситься на помощь любимице.
Взгляд Николаса случайно упал на лежавшую рядом с ним небольшую палку. Он вдруг вспомнил, как учил Минг Минг выполнять команды. Сейчас этот урок мог пригодиться.
– Минги! – позвал Николас.
Собачонка снова покосилась в его сторону, но ногу жеребца не отпускала.
– Минги! – еще раз крикнул Линдхерст, помахав палкой в воздухе.
Собачонка разжала зубы и уже смотрела с интересом.
– Апорт!
Николас размахнулся и швырнул палку к забору. Минг Минг тявкнула и бросилась за ней.
Пока Минг Минг бегала за палкой, жеребца успели увести в конюшню, но Эллен удержать было невозможно. Она вырвалась из рук камеристки и прыгнула к своей любимице.
– Буу бука! Буу бука моя!
«Буу бука» же тем временем успела цапнуть за руку Николаса, когда он пытался отобрать у нее палку.
– Возьмите ваше сокровище, мисс Эллен, – ледяным тоном сказал Линдхерст, стряхивая кровь с укушенного пальца…
Эллен схватила собачонку и принялась целовать ее слюнявую морду. Николаса при этом чуть не стошнило…
Он посмотрел в сторону Софи и, несмотря на боль в укушенной руке, улыбнулся. Она вела под руку маркиза и выговаривала ему за неосторожное поведение. Тот смущенно улыбался и, видимо, был доволен ее вниманием. Это казалось более чем необычным, потому что маркиз никогда ни под каким видом не позволял слугам делать себе замечания, пусть даже справедливые. Сейчас же он напрочь забыл о своих принципах.
Подойдя к Линдхерсту, маркиз и Софи остановились. Маркиз хотел что то сказать сыну, но не успел. Словно разъяренная фурия, на Софи налетела Эллен:
– Послушайте, глупая, мерзкая девчонка! Все произошло по вашей вине! Извольте сейчас же объясниться!
Софи бросила беспомощный взгляд на Николаса. Он в ответ слегка улыбнулся и хотел заступиться за нее, но отец мягко отстранил сына и сухо сказал:
– Ладно, ладно, Эллен! Пойдемте ка домой. По пути вы успокоитесь, вот тогда мы все и обсудим!
– Уверяю вас, маркиз, я совершенно спокойна! – фыркнула Эллен, еще больше обозлившись.
– Не говорите глупостей, девочка! – спокойно ответил маркиз. – У вас такое разгоряченное лицо, как будто вы выпили коньяка. Кстати, немного выпить было бы действительно неплохо. Причем для всех нас. Пойдемте! Софи, к вам это тоже относится.
– Что?! – вскрикнула Эллен, лицо которой из красного превратилось в пурпурное. – Да как вы смеете прислугу приглашать вместе с нами?! Или забыли, кто я?!
Николас совершенно спокойно посмотрел на нее.
– Уверяю вас, мисс Эллен, – ответил он за маркиза, – что мы помним о вашем высоком положении в обществе, тем более что вы не упускаете случая это подчеркнуть.
Глаза Эллен сузились от негодования.
– Серьезно? – прошипела она в лицо Линдхерсту. – Тогда приглашение вашего отца нельзя воспринять иначе чем оскорбление, нанесенное лично мне!
– Оскорбление? Что за вздор?! – отозвался маркиз. – Да будет вам известно, Софи – знатная леди, получившая блестящее образование и воспитание. Дочь барона.
– Да неужели? – переспросила Эллен, губы которой тут же скривились в насмешливой улыбке. – Расскажите ка мне, мисс… Бартон? Ваша фамилия, кажется, так звучит?
– Да. Меня зовут Софи Бартон.
Эллен некоторое время внимательно вглядывалась в лицо Софи, как бы стараясь определить свое отношение к родственнице неизвестного ей барона. Потом измерила взглядом рост, и на ее лице появилось холодное, безучастное выражение.
Николас посмотрел на Софи и понял, что иной реакции у дочери герцогини быть не могло… Измятое, сбившееся набок платье… Растрепанные, ниспадающие на лоб полосы… Вспухшие губы… Софи выглядела так, будто ее только что изнасиловали…
Но и «насильник» выглядел не лучше. Его элегантный плащ превратился во что то совершенно несуразное, рубашка выбилась из брюк, а сами брюки, казалось, вот вот упадут из за расстегнутого ремня.
– Скажите, мисс Бартон, – надменно сказала Эллен, – как зовут барона, внебрачной дочерью которого вы являетесь?
Услышав ставшее сразу же лихорадочным дыхание Софи и взглянув на ее побледневшее лицо, Николас почувствовал, как в нем словно что то оборвалось. Ведь это по его вине девушка попала в такое унизительное положение!
Он холодно посмотрел на Эллен:
– Уверяю вас, миледи, что мисс Бартон – такая же законная дочь своего отца, как и вы – своего.
– А может, и поболее, – хмыкнул маркиз.
– Что?! – воскликнула Эллен, резко поворачиваясь к нему. – Да как у вас язык повернулся сказать такую чушь! Вы, оказывается, в отличие от сына ведете себя совсем не по джентльменски.
Николас, несмотря на ярость, охватившую его при этих словах, не мог удержаться от сочувственного взгляда на Эллен. Когда он увидел, как изменилось выражение лица маркиза, он отлично понял, что происходило сейчас в душе отца. Лорд Бересфорд в такие минуты становился беспощадным.
– Дорогая моя, если вы хотите продолжить наш разговор, то советую сначала подняться к себе в комнату и успокоиться, – сказал маркиз.
Хотя голос его был тихим и мягким, но в нем прозвучала скрытая угроза. Однако мисс Эллен была либо недостаточно умна, либо слишком взволнована и не поняла этого. Она гордо подняла голову и бросила на маркиза презрительный взгляд.
– Прошу вас запомнить, что я – законная дочь своих родителей, знатное происхождение которых не может подлежать никаким сомнениям. Чего нельзя сказать кое о ком…
При этом Эллен многозначительно посмотрела на Софи.
– Вы в этом уверены? – медленно проговорил маркиз.
– Полностью!
– В таком случае будет ли мне позволено спросить: когда вы родились?
– Конечно, спросите! Отвечу: я родилась 23 сентября 1789 года.
– А когда ваши родители официально вступили в брак?
– Полагаю, что за год до моего рождения.
– Вы совершенно справедливо оговорились: «полагаю».
– На что вы намекаете, маркиз? Но даже если бы мне тогда было уже шесть месяцев, какое это имеет значение? Разве тем самым родители не доказали, что слишком любили друг друга и не могли ждать исполнения формальностей? Вы, милорд, возможно, не поймете силы настоящего чувства, но оно святое для каждого человека!
– Давайте уточним, девочка. Вам было тогда не шесть месяцев, а всего три. А тот, кого вы называете отцом, познакомился с вашей матушкой за месяц до свадьбы. Он был вынужден жениться на ней и удочерить вас, ибо вконец запутался в долгах. А ваша матушка была к тому времени очень богатой вдовой, которой срочно требовался муж.
– Не верю! – задыхаясь от возмущения, воскликнула Эллен. – И никогда не поверю! Вы еще, может быть, станете утверждать, что я – внебрачный ребенок какого нибудь простолюдина?!