Читать книгу “Поверь и полюби” онлайн


– Вы его убили? О чем вы говорите?! Его сиятельство жив. Я сама видела его всего несколько минут назад.
– Может быть, пока он действительно жив. Но что будет к утру? Доживет ли до рассвета?! О, мисс Стюарт! Поверьте, я не хотела его отравить! Честное слово не хотела! Мне просто казалось, что лорду Линдхерсту будет приятно утром полакомиться сладкими тарталетками.
Мисс Стюарт некоторое время смотрела на Софи, ничего не понимая. Потом глаза ее прояснились, а на щеках появился слабый румянец.
– Так это вы положили ананасовые тарталетки на его поднос?
Софи кивнула, всей душой желая, чтобы здесь же, на месте, ее расстреляли, положив конец всем этим ужасным и унизительным страданиям.
– Я увидела, что на его подносе нет ничего сладкого, – пролепетала она дрожащим голосом, – и положила туда несколько ананасовых тарталеток. Хотела сделать ему приятное. Лорд Линдхерст всегда был так добр ко мне!..
– Вы глупенькая, очень глупенькая девочка, – ласково сказала мисс Стюарт, обняв Софи за плечи. – Никого вы не убивали. Мистер Линдхерст завтра же утром встанет совсем здоровым. Ну, может быть, послезавтра. Подобные казусы случались и раньше, но он всегда выживал.
– Боже, я так несчастна!..
– Успокойтесь, милая! Откуда вам было знать, что ананасы противопоказаны лорду Линдхерсту? Вы же сделали это из самых добрых побуждений. Уверена, что и ее сиятельство скажет то же самое, когда все узнает.
– Вы считаете, что я должна ей рассказать? – с ужасом спросила Софи.
Мисс Стюарт кивнула:
– Конечно. Ведь наша хозяйка не знает о том, как ананасовые тарталетки попали на поднос ее сына, поэтому очень боится, как бы это не повторилось. Вы же честно, как мне, расскажете ей правду, пообещав впредь быть очень осторожной. Маркиза успокоится, да и вас перестанет мучить совесть.
Софи помолчала некоторое время, обдумывая слова мисс Стюарт, потом неохотно кивнула:
– Да, вы правы. Мне надо признаться во всем маркизе. Хотя я не знаю, хватит ли мне смелости.
– Хватило же у вас смелости признать свою ошибку в истории с платьем мисс Мэйхью. Разве не так? Ну а теперь идите и ложитесь спать, а со шляпами закончите разбираться завтра утром. Сегодня вы, наверное, очень устали?
Софи согласилась, хотя и не чувствовала никакой усталости…

Утром, выйдя в коридор, она сразу увидела мисс Стюарт и бросилась к ней с сильно бьющимся сердцем. Та ободряюще улыбнулась:
– Ее сиятельство только что вернулась от сына и легла спать. Просила некоторое время ее не тревожить.
Софи немного успокоилось. Если маркиза легла спать, то болезнь ее сына серьезной опасности не представляет. Но Софи так хотелось поскорее узнать все подробности!
Прошло часа два или три. Решив, что маркиза уже проснулась, а потому к ней можно войти под предлогом, скажем, уборки комнаты, Софи подошла к двери и постучала. Никто не ответил. Она постучала еще раз. Снова молчание. Софи нажала на ручку – дверь оказалась незапертой и открылась. Но маркизы в комнате не было.
Софи вышла в коридор и спросила у пробегавшей мимо служанки, не видела ли та хозяйку. Оказалось, что маркиза снова поднялась на второй этаж к сыну.
Походив по этажам еще час, Софи решила дожидаться маркизу в ее комнате, якобы разбирая шляпы…
Перебрав все шляпы и подшив к ним ленты, Софи села на стул у двери и стала ждать. Один головной убор она держала в руках – на случай, если придется оправдываться.
На этот раз ждать пришлось недолго. Из коридора послышались чуть шаркающие шаги, дверь открылась, и в комнату вошла миссис Бересфорд. Увидев Софи, она удивленно выгнула бровь.
– Софи?! Вот уж не думала, что вы здесь! Почему вы не пошли обедать? Уже самое время!
– Я хотела поговорить с вами, миледи.
– Может быть, вы сначала все таки пообедаете? Молодая девушка должна нормально питаться, чтобы поддерживать свои силы.
Софи замотала головой:
– Боюсь, что к тому времени у меня уже не останется смелости рассказать вам что то очень важное.
Маркиза нахмурилась, но в се глазах не было раздражения.
– Вы сегодня такая бледная, Софи, и выглядите усталой.
– Я действительно страшно устала, поскольку всю ночь не спала. Очень беспокоилась за вашего сына и нервничала, думая о предстоящем разговоре с вами.
– Не сомневаюсь, что вы действительно о нем беспокоились.
Софи несколько удивилась этой странной фразе, показавшейся ей двусмысленной. Но, так и не догадавшись, что маркиза имела в виду, решила пока не думать об этом. Поэтому, набравшись храбрости, с отчаянием в голосе выпалила:
– Хочу вам признаться, миледи: это я положила ананасовые тарталетки на поднос лорда Линдхерста.
– Серьезно? – переспросила маркиза таким мягким тоном, что Софи невольно удивилась.
– Я не знала о том, что лорду противопоказаны ананасы. Поверьте, это действительно так! Я заметила, что на его подносе нет этих тарталеток. А они очень вкусные. Я подумала, что их просто забыли положить, и решила исправить ошибку. Мне очень хотелось сделать лорду Линдхерсту приятное. Я знала, что он очень любит фрукты. Ну вот, так и получилось…
Поскольку маркиза молчала, Софи поспешила добавить:
– Я понимаю, что эти объяснения меня никак не оправдывают. Но я действительно очень переживаю! Как только представлю себе лорда Линдхерста страдающим, бледным и больным по моей вине, то жить на свете не хочется!
Голос Софи задрожал и оборвался. Она закрыла глаза, из которых текли слезы.
– Софи… – услышала она тихий голос маркизы и шелест шелка.
Суховатая, но все еще изящная рука осторожно набросила ей на плечи кашемировую шаль. Софи открыла глаза и ошарашено посмотрела на хозяйку. Маркиза улыбалась.
– Умоляю вас, миледи, простите меня! – зашептала Софи. – Я не лгу, когда говорю, что скорее причиню боль себе, чем доставлю кому то из вас даже небольшую неприятность. Поверьте, это действительно так! Вы все так добры ко мне…
Голос ее опять задрожал и сменился глухими рыданиями.
– Софи, – попросила маркиза, – посмотрите на меня!
Софи почувствовала руку хозяйки, сжимающую ее плечо.
– Я понимаю, что произошла ошибка, и, конечно, прощаю вас, – говорила маркиза, ласково смотря в глаза девушки. – Невозможно сомневаться в том, что вы действительно глубоко переживаете случившееся. Но не у меня вы должны просить прощения, а у моего сына, который очень страдал по вашей вине.
У Софи замерло сердце от возникшего подозрения. Она внимательно посмотрела на маркизу, улыбнулась и прошептала:
– Я очень хочу извиниться перед его сиятельством. Попросить у него прощения…
– Тогда идите в оранжерею. Он там.
– В оранжерею? – удивленно переспросила Софи, поскольку не сомневалась, что Николас никуда не выходил из дома.
– Да, именно там. Он очень долго спал, а проснувшись, попросил клубники. Я хотела послать за ней кого нибудь из слуг, но он захотел собрать ее своими руками, поскольку сам сажал и выращивал. Идите к нему!
Софи благодарно улыбнулась маркизе и утвердительно кивнула, хотя в оранжерею она идти не хотела, боясь остаться наедине с Николасом. Ведь сейчас у нее вряд ли хватило бы сил на сопротивление не только ему, но и собственному желанию…
Маркиза, казалось, разгадала ее мыли.
– Уже стемнело, – сказала она. – Если пойдете в оранжерею, то я попрошу Джона вас проводить.
Джон будет ее сопровождать? Вот и отлично! В присутствии ливрейного слуги ничего не может случиться! Софи облегченно вздохнула и снова утвердительно кивнула маркизе. Но теперь она знала, что непременно пойдет в оранжерею и встретится там с Николасом.
Маркиза еще раз посмотрела на девушку. На этот раз – загадочным взглядом…
– Почему бы не подождать вас здесь? – спросил Джон, остановившись в центре садовой аллеи на некотором расстоянии от оранжереи.
Софи взяла его за руку и крепко сжала.
– Прошу вас, Джон… Не надо оставлять нас наедине…
– Нервничаете? – улыбнулся Джон.
– Да, – тихо ответила Софи.
– Не надо, – уверил ее первый ливрейный слуга. – Уверяю вас, его сиятельство – добрый и порядочный человек. Он все понимает и, конечно, простит вам эту историю с ананасовыми тарталетками, как только узнает всю правду!
– Н наверное, вы правы…
– Несомненно, прав! И советую вам поскорее уладить это недоразумение.
Софи вспомнила, как Николас рассказывал, что однажды едва не заблудился в этом огромном саду, скорее напоминавшем парк. Вот хороший предлог, чтобы не отпускать Джона!
– Видите ли, Джон, – неуверенно начала она, – я боюсь заблудиться в этом парке. Вы мне нужны в качестве проводника.
– Здесь еще ни разу никто не потерялся, но если вы опасаетесь, то я готов.
Джон предложил Софи руку, которую она приняла со вздохом облегчения. Теперь ей не угрожала опасность поддаться соблазну!
Они вошли в оранжерею. Софи казалось, что сердце вот вот выпрыгнет из ее груди. Джон ободряюще посмотрел на нее…
Николас стоял около мангового дерева и внимательно рассматривал зревшие плоды. Услышав шаги, он обернулся.
– А, Софи, Джон! Как вы здесь оказались?
Он с доброй улыбкой смотрел на них и ждал ответа. Софи вдруг сделалось так страшно, что она инстинктивно схватила Джона за руку.
– Милорд, – начал ливрейный слуга. – Простите за то, что мы нарушили ваше уединение. Но у мисс Бартон есть одно дело, которое она хотела бы с вами обсудить.
– Правда?
Николас внимательно посмотрел на Софи, потом на слугу.
– Вы свободны, Джон. Пожалуйста, оставьте нас одних.
Оставить одних? Наедине друг с другом?! Мысленно Софи была готова протестовать. Но тело и сердце тут же воспротивились велению рассудка. Джон же поклонился лорду и тихо шепнул Софи на ухо:
– Не бойтесь! Все будет хорошо! Я подожду вас у входа в оранжерею.
Последнюю фразу Джон сказал громко. Николас нахмурился.
– Вам нет необходимости ждать мисс Бартон. Я сам провожу ее домой.
– Нет! – неожиданно для самой себя воскликнула Софи. Но, спохватившись, тихо добавила: – Большое спасибо, милорд, но я ни в коем случае не хочу причинять вам беспокойство.
– Вы ничуть меня не обеспокоите, Софи. Уверяю вас! Я уже собирался возвращаться домой.
– Вот и хорошо, – удовлетворенно сказал Джон.
Он мягко высвободил свою руку из рук Софи, поклонился лорду и вышел из оранжереи.
Софи и Николас остались одни. Последовало долгое, напряженное молчание. Глаза Софи разглядывали растения в оранжерее, но ни разу не остановились на Линдхерсте.
Он вздохнул и первым нарушил гнетущую тишину.
– Вы хотели со мной говорить? – Голос его звучал безучастно, как будто разговор происходил в присутствии маркизы. Софи удивленно посмотрела на Николаса. Он выглядел вполне спокойным, но в глазах чувствовалось напряжение. – Слушаю вас, – сказал Линдхерст и нахмурился.