Читать книгу “Поверь и полюби” онлайн


Прическа молодой хозяйки являла собой настоящее произведение искусства. С каждого виска ниспадал только один локон. Все остальные волосы были зачесаны назад и заколоты на затылке таким образом, что аккуратно завитые локоны закрывали шею и падали на спину. Голубая лента изящно охватывала голову, заканчиваясь роскошным бантом у левого виска.
Даже сама Софи, несмотря на отвратительное настроение, не могла не признать, что прическа получилась очень эффектной. Одно было досадно: вся эта филигранная работа, выполненная с несравненным искусством, была проделана лишь для того, чтобы… прельстить лорда Линдхерста! Стоил ли он этого?!
– Замечательно! – воскликнула тетушка Элоиза. – Вы сегодня превзошли самое себя, мадемуазель!
Не страдая излишней скромностью, мадемуазель утвердительно кивнула:
– Да. Вы правы, мадам Элоиза. Теперь мне осталось только одеть молодую госпожу вон в то прекрасное платье и украсить драгоценностями. И мисс Баррингтон будет вполне готова к встрече с его сиятельством лордом Линдхерстом.
При напоминании об ужасном долге, который ей предстоит сейчас исполнить, Софи не смогла удержаться от брезгливой гримасы. Будь ее воля, она никогда, даже за все самые роскошные наряды мира, не приняла бы предложения омерзительного лорда!
К несчастью для Софи, обе стоявшие рядом женщины заметили недовольное выражение на ее лице. Но прежде чем служанка открыла рот, чтобы высказаться, Элоиза по глазам поняла ее намерение и властно сказала:
– Вы можете идти, мадемуазель. Мне надо поговорить с племянницей тет а тет.
– Но как же быть с платьем, мадам? К нему надо пришить испанские рукава. Иначе оно не будет смотреться.
– Я вполне могу сделать это сама, – возразила Элоиза очень строгим голосом.
Видя, что служанка все еще мнется, Элоиза хлопнула в ладоши.
– Все, все, мадемуазель! Идите! Я должна обсудить с этой девушкой кое какие деликатные вопросы, прежде чем она спустится вниз. А мы не можем заставлять лорда Линдхерста ждать дольше, чем требуют правила приличия.
– Деликатные вопросы? – переспросила молодая француженка, на лице которой тут же отразилось явное любопытство. – А! Вы хотите обсудить предстоящий свадебный ужин! Ведь так?
– Свадебный ужин? – в свою очередь, переспросила Элоиза, слегка покраснев и почувствовав себя почему то неловко. – Да, да! Именно свадебный ужин… Да!
Француженка хихикнула и бросила многозначительный взгляд на Софи.
– Вы догадались, что имеет в виду ваша тетя, мисс Баррингтон? Она желает посвятить свою любимую племянницу во все детали, связанные со свадьбой. Чтобы та ничего не боялась. Понятно?
Софи молча кивнула. Подобная перспектива заставила ее почувствовать себя еще более потерянной и жалкой. Так, прекрасно! Ей предстоит выслушать советы тетушки о том, как вести себя в постели лорда Линдхерста во время брачной ночи! Этого только еще не хватало! В душе Софи неудержимо росло глубочайшее отвращение ко всему предстоящему. Но она все же сумела взять себя в руки и спокойно сказала служанке, которая никак не хотела уходить:
– Благодарю вас, мадемуазель. Его сиятельство, несомненно, будет очень доволен вашей работой.
Софи подумала, что в этих словах не было ни капли лжи. Мадемуазель де Лаклуа, бесспорно, заслужила подобный комплимент…
Посмотревшись в зеркало, Софи нашла, что выглядит вполне свежей, как будто спокойно провела недели две на природе. А ведь всю прошлую ночь она не сомкнула глаз ни на минуту! Наверное, это было благословение Господне… Поскольку если бы предполагаемая невеста сегодня плохо выглядела, то лорд Линдхерст мог лишний раз задуматься, прежде чем делать предложение. И тогда… Тогда – долговая тюрьма! А там, как ей уже успели рассказать, девичья красота увядает меньше чем за один день.
Вздрогнув от страха перед самой возможностью подобного исхода, Софи встала и буквально влезла в новое платье, которое тетушка уже держала наготове. Не видя причин после ухода служанки притворяться перед теткой доброжелательной и веселой, она замолчала и погрузилась в грустные размышления. Как избежать этого ужасного замужества? Софи перебрала десятки вариантов, но все они были нереальными. Последним взлетом болезненной фантазии стала мысль: а не симулировать ли собственную смерть? Но тут тетушка схватила ее за руку и повернула лицом к зеркалу.
– Полюбуйся, милая, – сказала Элоиза. – Это платье, как никакое другое, годится для девушки, которой собираются сделать предложение руки и сердца! Оно очаровательно, сшито с утонченным вкусом, рассчитано на девушку молодую, но уже достаточно взрослую, чтобы выйти замуж.
Софи смотрела на свое отражение в зеркале и вдруг поймала себя на мысли, что впервые в жизни делает это без всякого интереса к собственной внешности. Платье было совершенно новым. Его сшили каких нибудь два дня назад. Но Софи в нем сразу стало холодно. Конечно, возможно, тому виной не пришитые еще испанские рукава, о которых говорила мадемуазель де Лаклуа… Хотя Софи показалось, что это символизирует ее подлинное, очень холодное отношение к лорду Линдхерсту и предстоящему вынужденному браку с ним.
– Бедняжка моя! – тихо сказала тетушка Элоиза. – Я знаю, что сегодня для тебя тяжелый день. Поверь, мне тоже очень нелегко. Говорю об этом совершенно честно. Если же могу что то для тебя сделать, чем то помочь – то я всегда готова! Ты сама отлично знаешь…
Поскольку Софи не ответила, а продолжала смотреть в зеркало, Элоиза сделала еще одну попытку:
– Умоляю тебя, поверь: когда я говорю, что хотела только добра, то… то…
Голос Элоизы задрожал, она начала задыхаться от рвавшихся наружу рыданий.
Софи увидела, как по щеке тетушки скатывается крупная слеза. Да, Элоиза страдала. Страдала неподдельно. И решимость Софи никогда не прощать ее стала ослабевать…
Справедливость требовала признать, что главная вина за содеянное ложилась на Эдгара, а отнюдь не на его матушку. К сожалению, бедняжка все поняла, когда было уже поздно…
Произнеся про себя оправдательный приговор тетушке, Софи повернулась к ней и обняла.
– Мне нечего вам прощать, тетя Элоиза, – прошептала она. – Поверьте! Ведь не вы пустили на ветер мое наследство, а Эдгар. Его же я не прощу никогда.
Элоиза прильнула к племяннице, как будто именно в Софи заключалась ее единственная надежда на искупление всех грехов перед днем Страшного суда.
– Ты не должна быть столь суровой к Эдгару, – тихо сказала она, растягивая каждое слово и тяжело вздыхая. – Он переживает все случившееся не меньше, чем я.
Софи была готова держать пари, что тетушка не ошибается. Эдгар и впрямь был на грани отчаяния. Это стало ей ясно после последних слов кузена, сказанных накануне:
– Послушай, девочка. Ты стараешься сделать все, чтобы расстроить свой брак с лордом Линдхерстом. Но запомни: клянусь тебе, что я возьму свою мамашу и убегу с ней в Америку. А тебя оставлю здесь на растерзание кредиторам!
По тону Эдгара можно было не сомневаться, что это не просто угроза.
Все еще находясь под впечатлением разговора с двоюродным братом, Софи открыла было рот, чтобы рассеять радужные надежды тетки на раскаяние ее сына. Но, взглянув на Элоизу, она решила оставить все как есть. Тетушка смотрела на нее таким открытым и честным взглядом, что невозможно было сомневаться: она глубоко и до конца уверена в добропорядочности Эдгара. Пытаться разрушить эти иллюзии было бы бесчеловечно.
– Что сделано, то сделано! – пробормотала она. – Изменить сейчас уже ничего нельзя. Я должна выйти замуж за лорда Линдхерста. Видимо, это судьба!
– Да, ты должна так поступить! – согласилась Элоиза. – Но этот брак ни в коем случае не станет для тебя мучением.
Софи скептически посмотрела на тетку:
– Вы так думаете?
Элоиза утвердительно кивнула и освободилась из объятий племянницы, все еще держа в руках вконец измятые испанские рукава от ее нового платья.
– Линдхерст очень богат, дорогая, – зашептала она, – и, бесспорно, обожает тебя. Это значит, что его карманы будут всегда в твоем распоряжении. Ты представляешь, сколько всяческих удовольствий ты сможешь получать за эти деньги?
– Все это так, тетушка. Но я же не могу все время бегать по магазинам и развлекаться. Хочешь не хочешь, а придется возвращаться домой, к его сиятельству, и терпеть его занудное общество.
– Последнее вовсе не обязательно. У тебя должно быть развлечение на каждый вечер. Я знаю многие супружеские пары, которые и видятся друг с другом мельком на балах или званых вечерах. А как замужняя дама ты сможешь свободно танцевать, флиртовать и болтать с кем захочешь. Несколько мгновений Софи обдумывала то, что услышала от тетки, потом вспомнила, как женатые мужчины тотчас же исчезают, едва приехав на бал, и кивнула Элоизе в знак согласия. Ибо все только что сказанное тетушкой выглядело очень даже заманчиво… Конечно, если только лорд Линдхерст не принадлежит к категории мужчин, которые начинают избегать светских развлечений на следующий же день после алтаря. Когда же Софи поделилась своими сомнениями с тетушкой, та в ответ лишь усмехнулась и засуетилась около нее, прилаживая к платью испанские рукава. Но, видя, что племянница ждет ответа, сказала с хитрой улыбкой:
– Но ведь можно пригласить гостей на ужин к себе.
– А если лорд окажется одним из тех скучнейших типов, которые предпочитают обитать в каком нибудь очень отдаленном имении?
– Везде бывают семейные вечера с приглашением гостей. Например, у леди Берберри за последние пятнадцать лет они устраивались настолько часто, что в среднем приходилось по пять гостей на день, если не больше.
– Это в какой то степени решает проблемы на день и вечер, – тихо сказала Софи, слегка покраснев. – Но ведь остаются еще и ночи. А тогда лорд Линдхерст непременно будет настаивать, чтобы я пустила его в свою постель.
При последней фразе в голосе Софи прозвучали почти панические нотки.
Элоиза перестала суетиться и обняла племянницу за талию.
– Ты должна поступать точно так же, как делают в подобных случаях другие женщины, – мягко сказала она. – Постарайся думать в постели о чем то другом… более приятном. Ну, скажем, о новых нарядах, которые теперь сможешь купить на деньги мужа.
– Я очень сомневаюсь, что смогу сосредоточиться на нарядах в тот момент, когда… во время этого… – обреченно прошептала Софи.
Ей вспомнились некоторые пикантные рассказы младшего брата Лидии о том, что порой происходит при подобных обстоятельствах между мужчиной и женщиной. Она содрогнулась при мысли, что и ей предстоит вдруг нечто подобное. Скажем, в критический момент читать Линдхерсту какие нибудь похотливые стишки и одновременно щекотать пером его голую задницу…
У Софи подкосились ноги. Она упала бы, если бы ее не поддержала Элоиза. Посадив племянницу на стул, тетушка дала ей очередной совет:
– Если ты не сможешь думать о нарядах, то представь на месте лорда Линдхерста кого нибудь другого. Хотя бы твоего возлюбленного Оксли.
– Это невозможно, тетя Элоиза! Хотя бы потому, что Линдхерст такой… такой… большой!
– А ты закрой глаза. – Видя, что успокоить Софи не удается, тетушка Элоиза глубоко вздохнула. – Что ж, если лорд Линдхерст похож на других мужчин, то ему хватит нескольких минут, чтобы удовлетворить свое желание. После чего он оставит тебя в покое. А если ты подаришь ему наследника или сразу двух, то, возможно, вообще потеряет к тебе всякий интерес как к женщине. Для удовлетворения же своей похоти заведет любовницу.
– Это в случае, если наш брак продлится достаточно долго и он успеет сделать мне ребенка, – напомнила Софи тетушке одно из своих самых серьезных опасений. – Что будет, если я не смогу сразу зачать? Ведь это может уязвить мужскую гордость Линдхерста. Разве не так? Он даже может расторгнуть наш брак. Вы знаете, что подобное нередко бывает. Что тогда с нами станется? Всем известно, что суды всегда решают дело в пользу властных и богатых истцов. Именно таких, как лорд Линдхерст.
Лицо Элоизы сразу стало угрюмым. Она помедлила несколько мгновений, потом отвела глаза и сказала:
– Тогда тебе надо с первой ночи очень стараться в супружеской постели.
– Вы хотите сказать, что… – Софи не договорила, испугавшись, правильно ли поняла слова тетки.