Читать книгу “Незавершенные дела” онлайн

— Понятно, — отозвалась Ванесса с внутренним смятением. К чему эта спешка? Не успела она привыкнуть, что живет в одном доме с матерью, а тут новая напасть. — А они поселятся в доме твоего отца?
— Скорее всего, — ответил Брэди, садясь на место. — А этот дом они рано или поздно сдадут в аренду. А тебя это волнует?
Она сосредоточенно отрезала прозрачный ломтик хлеба. Откуда ей знать — волнует или нет? Она пока не поняла, здесь ли ее дом.
— Нисколько. Люди не могут жить на два дома, верно?
Брэди, кажется, догадался, о чем она думает.
— Не представляю себе, чтобы Лоретта продала этот дом. Он давно принадлежит вашей семье.
— Я часто удивлялась, почему она его не продает.
— Потому что она здесь выросла, как и ты. — Брэди отхлебнул кофе. — А вообще — спроси у нее сама, что она собирается делать.
— Спрошу, — передернула плечами Ванесса.
Зная ее, он поостерегся от продолжения этой темы.
— На самом деле я хотел посоветоваться с тобой о свадебном подарке. Тостеры и чайные сервизы, я думаю, им не нужны.
— Это точно.
— Ну так вот, у нас с Джоанн возникла идея скинуться и отправить их куда-нибудь в свадебное путешествие. На пару недель в Канкун, к примеру. Как тебе это? Номер с видом на океан, тропические карибские ночи, все дела. Они никогда не были в Мексике. Я думаю, им понравится.
«Чудесная идея, — подумала Ванесса, — как раз в его духе».
— Ты готовишь им сюрприз?
— Да, я уже придумал, как это провернуть. Билеты, бронь в гостинице — это просто. Папа, кстати, хочет урвать недельку для отпуска, а я ему скажу, что у меня дела в Нью-Йорке и я не смогу подменить его. Пусть пока думает, что у них всего три дня. Еще надо будет тайком собрать их вещи.
— С этим мы справимся, — неожиданно для самой себя загорелась Ванесса. — Билеты можно вручить им на пикнике, а после пикника впихнуть их в лимузин. Здесь ведь есть служба лимузинов?
— Есть в Фредерике. Я об этом и не подумал. — Он вынул блокнот, чтобы записать.
— Закажи им номер для новобрачных, — предложила Ванесса. — Свадьба так свадьба — надо сделать все как следует.
— Это мне нравится. Значит, один лимузин, один номер для новобрачных, два билета первого класса. Что еще?
— Шампанское. Одну бутылку в машину, вторую в номер. И цветы. Мама любит гардении. — Она внезапно замолчала, поняв, что назвала Лоретту мамой и что это получилось само собой. И прозвучало непритворно. — Она… раньше их любила.
— Отлично! — Брэди сунул блокнот в карман пиджака. — А ты мне ничего не оставила!
Ванесса озадаченно проследила направление его взгляда — он смотрел в ее пустую тарелку.
— Ох… я и не заметила.
— Хорошо. Жжения нет?
— Нет. — Помрачнев, она встала, чтобы положить тарелку в раковину.
— И не болит?
— Нет. Я тебе уже говорила, что ты не мой врач.
Она обернулась и оказалась лицом к лицу с Брэди.
— А я сегодня заменяю доктора Такера. Давай-ка проведем небольшой осмотр. — И не успела она отодвинуться, как его пальцы коснулись ее. — Так не больно?
— Я же тебе сказала… Он нажал сильнее.
— А так? — Она поморщилась. — Болит?
— Слегка.
Он кивнул. Когда он нажимал в этом месте два дня назад, она подскочила чуть не до потолка.
— Прогресс налицо. Еще несколько дней, и хоть буррито ешь.
— Почему все приходят обсудить со мной, что я ем?
— Потому что ты почти ничего не ешь. Хотя при язве это объяснимо.
— Нет у меня никакой язвы. — И все-таки его прикосновение вызвало у нее боль — но совсем по иной причине. — Пропусти меня, пожалуйста.
— Сначала заплати по счету. — Не успела Ванесса ничего ответить или возразить, как он поцеловал ее — крепко и как-то по-хозяйски. Поцелуй затянулся, и ей пришлось ухватиться за него, чтобы не упасть. Пол, казалось, уплывает у нее из-под ног, и Брэди оказался ее единственной опорой — его бедра, прижавшиеся к ее бедрам, его пальцы у нее в волосах, его губы, жадные и нетерпеливые, бродящие по ее лицу.
Она пахла утром, дождем. Он представлял себе, каково было бы любить ее в этом утреннем сумраке, чувствуя ее вздохи у себя на щеке и как ее руки все крепче обвиваются вокруг его тела, а каждая косточка в ее теле плавится от их близости. И сколько же ему еще ждать? Он отстранился и прошептал:
— Ванесса…
— Молчи.
Она прижалась губами к его шее. Она ничего пока для себя не решила, но сейчас, в этот миг, ей хотелось только чувствовать его. Его упругий пульс быстро бился под ее губами. Потом его руки постепенно ослабили объятие и стали поглаживать ее по волосам. Все внешние звуки и ощущения, исчезнувшие на какое-то время, вернулись к ней — перестук дождя, холодок кафеля под ее босыми ногами, ароматы кофе и корицы. Но болезненная тяга к нему не ослабевала, равно как и смятение и страх в душе.
— Не знаю, что мне делать, — прошептала она. — С тех пор как я тебя увидела, меня
как будто подменили. Я ничего не соображаю.
Он снова сильно сжал ее плечи:
— Я хочу тебя, Ван, а ты хочешь меня. Мы давно не дети.
Она отступила — насколько позволили его руки.
— Но меня это мучает.
— Конечно. — Они внимательно смотрели друг на друга. — И мне это не нравится. Если тебе нужны обещания, гарантии…
— Нет, — перебила она. — Мне не нужно ничего, чего я не могла бы сама тебе дать.
А он готов был дать ей какие угодно обещания, сотни обещаний. Он проглотил их, напомнив себе, что всегда торопится, если дело касается Ванессы.
— А что ты можешь мне дать?
— Я не знаю. — Прежде чем вырваться, она коротко сжала его руки. — Боже мой, Брэди, у меня такое чувство, будто я живу в каком-то Зазеркалье.
— Это не Зазеркалье, Ван, — сказал он, борясь с желанием снова обнять ее. Он хорошо помнил слова отца: если держишь что-то слишком крепко, оно проскользнет между пальцев. — Это мы с тобой.
Она внимательно рассматривала его лицо — его необыкновенно синие в окружении черных ресниц глаза, влажные растрепавшиеся волосы, упрямый подбородок и чувственный рот. Трудно было забыть, почему она тогда влюбилась. И страшно подумать, что она любит его до сих пор.
— Я не стану притворяться, говоря, что не хочу быть с тобой. И в то же время мне хочется убежать от тебя как можно дальше. — Она прерывисто вздохнула. — Но с надеждой, что ты меня догонишь. Я понимаю, что с тех пор как вернулась, я веду себя, мягко говоря, не последовательно, но это все потому, что я не ожидала встретить тебя здесь. И конечно, не ожидала, что мои старые чувства возродятся. И это еще не все… Дело в том, что я не понимаю, насколько мои теперешние чувства к тебе истинны. Не память ли это прежних дней?
Ее признание поразило его, он немного растерялся.
— Мы теперь другие люди, Ван.
— Да, — спокойно согласилась она. — Когда мне было шестнадцать, я готова была бежать за тобой на край света, Брэди. Я мечтала, что мы всегда будем вместе, у нас будет дом, семья.
— А сейчас что ты об этом думаешь? — осторожно спросил он.
— Сейчас мы оба понимаем, что все не так просто. У каждого из нас своя жизнь, свои цели, проблемы. У меня и раньше были проблемы, а теперь тем более. И я считаю, что не могу отдаваться чувствам, пока не решила, что мне дальше делать в жизни, продолжать ли заниматься музыкой или нет. Иначе нам будет тяжелее расставаться.
Ему чуть не стало дурно. Он запаниковал. Она снова собралась уезжать. Его сердце разорвется.
— Если ты просишь меня оставить тебя в покое, то напрасно, — заявил Брэди, сжимая ее плечи. Возбуждение и тревога — два неразлучных спринтера — с дрожью промчались по спине Ванессы. Ей показалось, что в его глазах она видит того мальчика, которого она знала и любила когда-то — безрассудного, бесстрашного, перед которым не могла устоять.
— Я прошу тебя дать мне время, чтобы во всем разобраться. Решение остается за мной, Брэди. — Она снова вырвалась из его рук. — Не стоит на меня давить, а уж тем более запугивать или пробовать соблазнить. Поверь, я это уже проходила.
Это был неверный ход. Его глаза, и без того бешеные, вспыхнули синим пламенем.
— Я не из тех благовоспитанных хлыщей, среди которых ты выбираешь себе любовников, Ванесса. Я не собираюсь тебя уговаривать или запугивать. Когда настанет время, я просто возьму то, что мне причитается.
Она, разозлилась и вскинула голову:
— Да что ты говоришь! Ты ничего не возьмешь, если я не позволю. Я ни одному мужчине не позволяю ничего подобного. Ах, хотела бы я утереть тебе нос этими благовоспитанными хлыщами — только чтобы посмотреть на твою физиономию. Но, признаться, у меня и не было ни одного любовника. Потому что я их не подпускала. И если я не захочу тебя — тебе останется только присоединиться к компании разочарованных хлыщей.
Ни одного. Ни одного не было. Не успел Брэди толком уяснить смысл этих слов, как до него дошло, какие безрадостные перспективы его могут ожидать. Он ощетинился, шагнул к ней — но остановился. Если он сейчас до нее дотронется, то всему конец. Он попятился назад, распахнул дверь и снова остановился. Ведь это бегство. Нет, он не позволит ей себя выставить. Придется следовать кружным путем.
— Может, сходим сегодня в кино? — спросил он.
Предложи он слетать на Луну, она, наверное, и то меньше удивилась бы.
— Что?
— В кино. Пойдем сегодня в кино?
— Зачем?
— Попкорна что-то захотелось, — усмехнулся Брэди. — Так пойдем или нет?
— А… да, — сказала Ванесса не своим голосом и не веря своим ушам.
— Ну вот и хорошо.
С этими словами он вышел и захлопнул дверь.

«Жизнь — это мозаика», — подумала Ванесса. И сложить ее совсем непросто. Всю неделю она вертелась как белка в колесе, помогая готовить свадьбу и ежегодный пикник по случаю Дня поминовения. Продукты, розы на длинных стеблях и фотографы. Она была твердо уверена в том, что решение совместить городской праздник и семейное торжество было большой ошибкой.