Читать книгу “Незавершенные дела” онлайн

— Ага, у нас не получается запеканка из тунца. Я лично надеюсь, что ты никогда не научишься готовить запеканку из тунца, Ван.
— Не о том речь.
— А о чем? — спросил Брэди, проводя пальцем по ее белой от муки щеке. — Неужели ты считаешь, что я хочу жениться на тебе, чтобы ты каждый вечер готовила мне горячий ужин?
— А ты считаешь, я хочу выйти за тебя замуж, чтобы чувствовать себя бесполезной, никчемной женой?
— Потому что ты не знаешь, что делать с банкой тунца?
— Потому что я не знаю, как быть женой. — Она была на грани истерики и с трудом сдерживалась, чтобы не закричать. Лара была слишком мала и слишком увлечена своими кастрюлями и сковородками, чтобы понимать, что они ссорятся, но Ванессе довелось пережить немало скандалов, и она чуяла их издалека. — И как бы я ни любила тебя, я не уверена, что хочу быть твоей женой. Есть только одно дело, которое я умею делать, — играть на рояле.
— Никто не заставляет тебя бросать музыку, Ван.
— А если я поеду в турне? Это недели, месяцы. А многочасовые занятия и репетиции? Что это за совместная жизнь в перерывах между выступлениями?
— Не знаю. — Брэди смотрел, как Лара пытается засунуть сковородку в кастрюлю. — Я не думал, что ты всерьез собираешься возобновить выступления.
— Ничего другого мне не остается. Я слишком много времени отдала этому делу. — Слегка успокоившись, она продолжила кромсать овощи. — Ты врач, а я музыкант. И пусть я не спасаю жизни, но я их обогащаю.
Брэди судорожно провел рукой по своим темным волосам. По работе ему приходилось как врачевать тела, так и устранять сомнения и развеивать страхи. Почему бы не применить эти навыки в случае с Ванессой?
— Я знаю, что твоя профессия важна для тебя, Ван. Я восхищаюсь тобой и твоим мастерством. Но я не понимаю, почему твой талант может послужить преградой к нашему браку.
— Это только одна из причин, — пробормотала Ванесса.
— Я хочу жениться на тебе, — сказал Брэди, беря ее за руку, — я хочу, чтобы у нас были дети и дом. У нас все получится здесь, в нашем родном городе, если ты доверишься мне.
— Для начала я должна доверять себе, — возразила Ванесса. — На будущей неделе я
уезжаю в Кордину. Я согласилась на просьбу принцессы Габриэллы об участии в благотворительном концерте.
Он, вздрогнув, выпустил ее руку.
— Когда тебя об этом попросили?
— Пару недель назад.
— А почему ты мне раньше ничего не сказала? Ты, может быть, собиралась позвонить мне из аэропорта? Или послать открытку? Черт подери, Ванесса, зачем ты играешь со мной в эти игры? Тебе нужно убить время? Тебе любопытно раздуть потухший костер?
— Но это только одно выступление…
— А потом?
Она отвернулась к окну.
— Фрэнк, мой менеджер, хочет, чтобы я поехала в турне. Это помимо других выступлений, о которых меня давно просили.
— Помимо, — передразнил ее Брэди. — Ты вернулась сюда с язвой, потому что загнала себя бесконечными выступлениями. А теперь ты снова хочешь впрячься в работу, чтобы окончательно добить себя.
— Я должна это преодолеть.
— Ты все время думала о поездке в Кордину, а мне ничего не говорила, — продолжал упрекать ее Брэди.
— Нет. Пусть это чистый эгоизм, но решение я должна была принять сама. Брэди, я понимаю, что нечестно было бы просить тебя ждать, и поэтому я не прошу. — Она на миг крепко зажмурилась. — Но что бы ни случилось в дальнейшем, я хочу, чтобы ты знал: эти несколько недель с тобой много для меня значат.
— Черт подери! — заорал Брэди, восприняв ее слова как прощание, и рывком при влек ее к себе. — Поезжай в Кордину, поезжай куда хочешь, но ты меня не забудешь.
Ты не забудешь этого.
Он впился ей в губы с гневом и отчаянием. Она не сопротивлялась. Она не могла, потому что те же чувства бушевали у нее внутри. Ей пришло в голову, что если вдруг в этот момент она умрет, то это дикое желание будет самым последним, что она почувствует.
— Брэди, — сказала Ванесса, взяв его лицо в ладони, — я обещала себе сегодня, что вспомню всю свою жизнь, вспомню все моменты, которые были для меня важны, и приму, наконец, решение раз и навсегда. Но сейчас ты должен меня отпустить.
— Я уже раз отпустил тебя. И знаешь что? Если ты сейчас уедешь, то я не стану всю оставшуюся жизнь горевать о тебе. Будь я проклят, но я не позволю тебе второй раз разбить мне сердце.
Они стояли, пристально глядя в глаза друг другу, и тут вошла Джоанн.
— Ага, полку нянек прибыло, — затрещала она с порога. — Простите, что так долго,
в бакалее стояла очередь на полчаса. А где мое маленькое чудовище? — Она подхватила Лару на руки. — Не поверите, но я по ней соскучилась. Смотрю, ты давала им прикурить. — Она показала на разбросанную по полу посуду и банки консервов.
— Она в порядке, — с трудом выдавила из себя Ванесса, — умяла полпачки печенья.
— А я-то думаю: что такое, ребенок как будто растолстел на пару фунтов. Ой, Брэди, хорошо, что ты уже здесь. А кто к нам приехал! Я столкнулась с ними на улице. — Она обернулась и увидела входящих Лоретту и Хэма. — Вы только посмотрите, какие красавцы! — восхищалась Джоанн. — Как загорели! Я знаю, что загар вреден, но зато выглядит потрясающе.
— С возвращением, — улыбнулась Ванесса, не сходя с места. — Хорошо отдохнули?
— Замечательно! — Лоретта опустила на стол большую соломенную сумку. Теплый смуглый цвет лица и рук действительно ее очень красил. — Мы побывали в самом чудесном месте на земле. Там белый песок и прозрачная вода. Мы даже ныряли!
— Никогда не видел столько рыбы! — сказал Хэм, ставя и свою сумку на стол.
— Да уж! — рассмеялась Лоретта. — И женских ног тоже. А некоторые женщины там вообще ходят голышом. Первые два дня он только и глазел по сторонам.
— Да и мужчины в общем неплохи, да? — подмигнул ей Хэм.
Лоретта раскрыла свою сумку и вынула куклу-марионетку в виде танцора в яркой разноцветной одежде.
— Смотри, Лара, мы привезли тебе подарок.
— Мы всем привезли подарки, — сказал Хэм. — А фотографий сколько! Я даже взял напрокат специальный фотоаппарат, чтобы снимать под водой.
— А серебра я сколько накупила — с ума сойти. Вы, девочки, обе выберете себе, что вам понравится — сказала Лоретта. — Брэди, что это — лимонад?
— Да, — он протянул ей бокал, — с возвращением.
— А тебе мы привезли сомбреро.
— Сомбреро?
— Да, красное с серебром, десять футов в диаметре. Я пробовала отговорить твоего отца, да куда там. Ах, как хорошо дома. А что это вы готовите?
— Я… это… — беспомощно забормотала Ванесса, глядя на свою незадавшуюся стряпню. — Это ужин. Я решила приготовить что-нибудь, чтобы вы в первый вечер не остались голодными…
— Старая добрая американская кухня. — Хэм подергал куклу за ниточки, пытаясь заинтересовать Лару. — Ее-то нам как раз и не хватало.
— Только я еще…
— Ты, кажется, только начала, — пришла на помощь Джоанн, — давай-ка я тебе помогу.
Отступив, Ванесса наткнулась на Брэди, который стоял позади, затем снова шагнула
вперед.
— Я на минутку.
Она выскочила из гостиной и побежала наверх, в свою комнату. Там она села на кровать, думая, не сошла ли она с ума. Наверное, она была недалека от этого, поскольку запеканка из тунца едва не заставила ее расплакаться.
— Ван? К тебе можно? — спросила ее мать, появляясь в дверях.
— Я сейчас… я уже иду. — Она собралась было встать, но передумала. — Извини. Я не хотела испортить тебе этот вечер.
— Ты ничего не испортила. — Лоретта закрыла дверь и села рядом. — Я заметила, что ты чем-то расстроена. Я подумала, что это из-за меня.
— Нет. Вовсе нет. — Помолчав, она пояснила: — Из-за Брэди. Хотя скорее я сама виновата.
— А что случилось?
— Он хочет на мне жениться, а я не могу. Он не понимает почему. Не хочет понимать. Например, я не умею готовить и стирать. А Джоанн это делает на раз.
— Но ты не Джоанн, ты другая.
— Да, я не такая, как она, как ты, я совершенно особенная, — поморщилась Ванесса. — Я хотела проявить самостоятельность, а выставила себя неумехой.
— Я не научила тебя готовить и вообще вести домашнее хозяйство, — вздохнула Лоретта и погладила дочь по напряженной руке. — Во-первых, у тебя не было времени, во-вторых, мне нравилось делать все самой. Но мы говорим не о запеканках и стирке, верно?
— Нет. Брэди требует от меня то, чего я не могу ему дать. Семейная жизнь — это, конечно, звучит заманчиво, но…
— Ты выросла в доме, где это было не так, — подсказала Лоретта. — Родители бывают преступно слепы, я это только недавно поняла. Когда ты была маленькой, я мало задумывалась о том, как наши с отцом раздоры на тебя действуют. Что ж, прошлого не вернешь. Признаться, Хэм убеждал меня с тобой поговорить, а я все отказывалась — до этого момента.
— Нас ждут внизу.
— Ничего, подождут.
Лоретта не могла усидеть на месте. Она встала и подошла к окну — посмотрела вниз, на золотисто-оранжевые бархатцы и синие анютины глазки.
— Когда мы с твоим отцом поженились, мне было восемнадцать. — Она покачала головой. — Господи, целую вечность назад! А ему было без малого тридцать, и он успел объездить весь мир. Париж, Лондон, Нью-Йорк — где он только не выступал. Он сразу меня покорил — я была без ума от него, несмотря на его капризы и перемены настроения. Я считала, что так проявляется утонченность, артистичность.
— Но его карьера к тому времени закатилась, — тихо напомнила ей Ванесса.
— Да, при всех его способностях. Его погубила чрезмерная требовательность к себе. Сам он никогда об этом не упоминал, о его неудачах я слышала от других. А я была простушка, Ван. Простая деревенская девочка. Этим, наверное, я его поначалу и привлекла. Мне же было лестно, что он обращает на меня внимание. В общем, это была ошибка — как моя, так и его. А потом я забеременела.
Ванесса вытаращила глаза, на миг лишившись дара речи.
— Что? Так это из-за меня вы поженились?
— Мы поженились потому, что видели друг в друге то, что хотели видеть. И в результате появилась ты. Мы верили, что это любовь. А может быть, это и была любовь, потому что мы в нее верили.