Читать книгу “Демон страсти” онлайн

Так и не сумев определить происхождение этого акцента, она начала изучать лицо собеседника, пытаясь понять, откуда же он родом. Но и этого ей сделать не удалось. Темноволосый, с резкими чертами лица, он вполне мог быть родом откуда-нибудь из Средиземноморья. Но довольно бледная кожа не подтверждала такой вывод. Что же касается его имени — Бастьен Аржено, — то оно определенно было французским. Кейт как-то упоминала о том, что семейство Аржено родом из Канады. Но жили они в Торонто, который, как знала Терри, являлся столицей провинции Онтарио. Правда, география не имела никакого значения — его семья вполне могла происходить из канадских французов, поселившихся в английской провинции. И возможно, акцент, показавшийся ей вначале английским, был на самом деле канадским. В свое время Терри была знакома с несколькими канадцами, но тогда она не обращала особого внимания на их произношение.
В конце концов Терри решила, что позже расспросит об этом Кейт, и, оставив свои «исследования», сосредоточилась на беседе. В основном они говорили на нейтральные темы — о погоде, о предстоящей свадьбе, а также о том, сколько гостей соберется на торжество и как им двоим справиться со своими обязанностями шафера и подружки невесты. Терри понимала, что Бастьен сознательно отказывался от серьезного разговора — очевидно, он полагал, что непринужденная болтовня позволит гостье расслабиться и почувствовать себя легко и свободно в общении с незнакомым человеком, в доме которого ей предстояло остановиться. Несколько раз как бы невзначай он заверял Терри, что ее появление в его квартире не доставит ему абсолютно никаких неудобств. Кроме того, Бастьен еще два или три раза упомянул о том, что у него в этом месяце слишком много работы, так что он практически не будет появляться дома и, следовательно, никак не будет смущать ее своим присутствием.
К тому времени, когда они въехали на подземную парковку в его доме, Терри уже достаточно расслабилась и не испытывала никакой неловкости из-за того, что ей придется остановиться в доме человека, с которым она познакомилась всего лишь час с небольшим назад. Продолжая непринужденно болтать и посмеиваться, они достали из багажника ее вещи. Но тут рядом с ними возник Люцерн, видимо, вспомнив о своих обязанностях, он взял из рук Терри большую дорожную сумку и взвалил ее себе на плечо. Бастьен же, захлопнув крышку багажника, направился к охраняемому лифту, и Терри без промедления последовала за ним. Замыкал шествие Люцерн, который, судя по всему, снова погрузился в себя. В общем, все было прекрасно, и Бастьен мило улыбался и шутил, когда они поднимались на лифте. Но вот щелкнул электронный замок пентхауса и почти тотчас же Бастьен вдруг остановился, замер как вкопанный, так что Терри даже наткнулась на его широкую спину. А потом он развернулся и, бледнея прямо на глазах, прорычал:
— Немедленно убирайся!
И это вместо предложения принять душ или хотя бы умыться после дороги.
— Немедленно выйди отсюда! — кричал он в ярости.
— Эй, Бастьен! — Уронив сумку на пол, Люцерн приблизился к брату. — Бастьен, что проис... — Заглянув в комнату, он умолк.
Терри же ничего не было видно, поскольку широкая спина Бастьена полностью закрывала обзор. Но судя по поведению братьев, в квартире происходило нечто необычное и весьма для них неприятное. И теперь-то Терри наконец поняла: обидные слова «немедленно убирайся» относились вовсе не к ней.
— Эй, Винсент! — заорал Люцерн. — Немедленно отпусти эту женщину!
Тут Терри, не выдержав, втиснула голову между плечом Бастьена и дверным косяком и заглянула в гостиную. Перед ней открылась довольно странная картина... На первый взгляд казалось, что они своим появлением прервали страстные объятия уединившейся в комнате парочки, но так Терри показалось лишь в первую секунду. На самом же деле...
Терри в ужасе поняла, что видит совсем другое. Перед ней был парень в длинном черном плаще с капюшоном, и этот парень вроде бы пылко обнимал возлюбленную. Однако женщина была уже в довольно солидном возрасте; парень же припадал вовсе не к ее губам, а впивался зубами в шею. В общем, выглядело все это как классическое объятие вампира. Похоже было, что парень пытался прокусить сонную артерию женщины.
Тут чьи-то сильные руки легли на плечи Терри, и в тот же миг ее, как пушинку, вынесли из дверного проема в глубину коридора. «Неужели это у Бастьена такие сильные руки?» — промелькнуло у Терри. А в следующее мгновение раздался крик Люцерна:
— Черт побери, Винни! Отпусти эту женщину!
— Ты же знаешь, Люк, что я терпеть не могу, когда меня называют Винни. Называй меня Винсент. А еще лучше — Дракула, — проговорил парень в плаще, причем говорил он с трансильванским акцентом, весьма неудачно сымитированным.
Через несколько секунд парень вышел в коридор и тут же взглянул на Терри. Сначала в глазах его промелькнуло раздражение, но оно тут же сменилось обольстительной улыбкой.
Приблизившись к Терри, он пристально посмотрел на нее, и она вдруг почувствовала, что взгляд этих серебристых глаз подавлял ее, как будто гипнотизировал... Терри хотела отвернуться, но тут же поняла, что не может этого сделать; казалось, парень в плаще и впрямь ее загипнотизировал. Внезапно он взял ее руку своими длинными и тонкими пальцами и поднес к губам.
— Я очарован... — произнес он низким, рокочущим голосом.
Терри открыла рот, собираясь ответить, но тут же замерла в изумлении — парень вдруг перевернул ее руку и коснулся губами внутренней стороны запястья.
— Винсент, прекрати немедленно! Отпусти ее! — Бастьен стремительно шагнул к парню и, схватив за локоть, резким движением отстранил от Терри, а другой рукой тотчас же шлепнул парня по затылку, судя по всему — довольно сильно.
Терри, конечно же, обратила внимание на то, что у всех троих мужчин были удивительные серебристые глаза, казавшиеся то сероватыми, то голубыми, то синими. Кроме того, у всех были темные волосы и довольно приятная внешность. Но именно эта затрещина — такое мог позволить себе лишь рассерженный родственник — расставила все по своим местам; теперь уже Терри нисколько не сомневалась: молодой человек в черном плаще был одним из Аржено.
— Какого черта, Винсент? — проворчал Бастьен, когда все перешли в гостиную. — Что ты здесь делаешь?
— Не Винсент, а Дракула! — заявил молодой Аржено. Развернувшись, он подошел к ближайшему стулу, широким театральным жестом откинул полы плаща и, закинув ногу на ногу, уселся на стул. С вызовом взглянув на родственника, он пояснил: — Я получил главную роль в «Дракуле». В мюзикле.
— В мюзикле «Дракула»? — недоверчиво переспросил Бастьен.
Винсент широко улыбнулся:
— Совершенно верно. Главную роль, понимаешь? Думаю, что я буду замечательно выглядеть в свете рампы.
— О Господи!.. — со вздохом пробормотал Бастьен; казалось, все сказанное Винсентом привело его в ужас.
А вот Терри, напротив, была в восторге от молодого человека. Раньше она с удовольствием посещала репетиции любительского театра в своем городке, частенько выходила на сцену в самых разных ролях. Присев на край кушетки, Терри с улыбкой взглянула на Винсента и спросила:
— Наверное, вам лучше всего удаются характерные роли?
— Точно! — просиял парень. — Но как вы узнали об этом?
— Ну, об этом можно было догадаться по сцене, свидетелем которой мы стали. Вы так правдоподобно... — Терри заметила, что экономка Бастьена, все еще находившаяся в гостиной, внезапно покачнулась и, словно в замедленной съемке, начала падать.
Люцерн стремительно бросился к женщине и подхватил ее на руки. Повернувшись к брату, он спросил:
— Где ее комната?
— Сейчас покажу... — Бастьен шагнул к Люку, но тут же остановился и, повернувшись к Терри, с беспокойством посмотрел на нее; ему очень не хотелось оставлять гостью наедине с Винсентом. Его старший брат тут же все понял и сказал:
— Объясни, где комната, и я сам найду.
Бастьен вздохнул с облегчением:
— Да-да, по главному коридору, последняя комната направо. И вот еще что... — приблизившись к Люку, Бастьен стал что-то говорить ему шепотом.
Терри же совершенно ничего не понимала. «Что здесь происходит? — спрашивала она себя. — Ведь экономка вроде бы так замечательно подыгрывала Винсенту...» Но все дело, наверное, было в том, что молодой Аржено — действительно талантливый актер. Видимо, ему удалось убедить бедную женщину в истинности происходящего. Что ж, пожилой женщине подобная слабость вполне простительна.
Вновь повернувшись к актеру, Терри проговорила:
— Так вот, сцена, во время которой мы вошли, была весьма красноречива и, безусловно, правдоподобна. Наверное, вы стараетесь вжиться в свою роль, чтобы прочувствовать ее.
— О, вы совершенно правы! — Винсент расплылся в улыбке. — Я всегда стараюсь вжиться в свою роль. Если я играю бармена, то некоторое время работаю в баре. Если же собираюсь играть торговца подержанными авто, то нахожу работу, связанную с продажей машин. То есть я стараюсь хоть какое-то время пожить так, как живут мои герои. Что же касается этой роли, то, к счастью, мне не приходится изображать уби...
— Винни! — произнес с явной угрозой в голосе Бастьен.
Когда он приблизился к младшему Аржено, тот взглянул на него с удивлением и, явно смутившись, пробормотал:
— Так, значит, она не из наших?
— Нет! — ответил Бастьен ледяным голосом.
Терри же уставилась на него в изумлении. Перемена, произошедшая с хозяином квартиры, ошеломила ее. Еще четверть часа назад он, казалось, был само дружелюбие и обаяние, и ей даже в голову не приходило, что этот человек мог представлять для кого-то угрозу. Но сейчас... Сейчас он выглядел даже немного опасным. «Опасным — в хорошем смысле», — мысленно добавила она, окинув взглядом безукоризненную фигуру. Этот мужчина был чертовски хорош собой в любой ситуации.
— Ты не ответил на мой вопрос, Винни. Что ты здесь делаешь?
Украдкой поглядывая на мужчин, Терри прислушивалась к разговору.
— Я же сказал тебе. Я получил главную...
— Прекрасно, — перебил Бастьен. — Допустим, это объясняет твое появление в Нью-Йорке. Но почему ты здесь, в моем доме?
Винсент вдруг рассмеялся:
— Ты, наверное, имеешь в виду дом тети Маргарет, не так ли? Так вот, она сказала, что я пока могу остановиться здесь. А вот если пьеса будет иметь успех, то тогда я, конечно же, начну подыскивать себе другое жилище.
Прикрыв на мгновение глаза, Бастьен мысленно выругался. Его матушка всегда была слишком уж доброй. К сожалению, замечание Винсента было справедливым. Этот пентхаус действительно принадлежал ей. Ее муж, то есть отец Бастьена, купил все это здание несколько лет назад и устроил здесь центральный офис «Аржено энтерпрайзис». А на верхнем этаже был спроектирован пентхаус, в котором могли бы разместиться все дети главы семейства, если бы они вдруг одновременно оказались в этом городе. После смерти отца Бастьен взял за правило останавливаться здесь, когда ему приходилось бывать в Нью-Йорке; поскольку же это случалось довольно часто, он вскоре стал считать эту квартиру своей собственностью. Но в действительности квартира по-прежнему принадлежала его матери, и, естественно, она имела полное право приглашать сюда кого угодно.
Наверное, Маргарет не предполагала, что у кого-либо из семейства Аржено могли возникнуть разногласия из-за этой квартиры. Ведь квартира была огромная, и здесь на какое-то время могли бы разместиться все ее дети и даже некоторые из ближайших родственников, например — племянник Винсент.
Бастьен, конечно же, нисколько не осуждал мать — она, возможно, была права. Ведь Винсенту предстояло отправляться в театр по вечерам, а он сам работал в основном днем. Так что при нормальном ходе событий они почти не видели бы друг друга. Но так было бы именно при нормальном ходе событий, а в сегодняшнем дне ничего нормального не было. И появление Винсента в квартире, где должна была на две недели поселиться Терри, превращалось в серьезную проблему. А все дело в том, что Винни Аржено в силу особых обстоятельств вынужден был питаться свежей человеческой кровью, а не консервированной.
Да, как ни печально было признавать, но Винсент вовсе не пытался вжиться в свою роль, хотя театральный плащ с капюшоном вроде бы свидетельствовал об обратном. Увы, Винсент Аржено, отвергая законы бессмертных Нового Света, подпитывался от смертной женщины, причем выбрал для этой цели несчастную экономку, верой и правдой служившую Бастьену уже много лет, но до сих пор даже не догадывающуюся о том, что семейство Аржено принадлежит к иным.
Бастьен был возмущен поступком кузена, хотя в общем-то относился к нему с пониманием. К сожалению, Винсент, а также его отец не могли существовать, используя консервированную кровь. Для «искусственного питания» оба нуждались в энзимах — особом веществе, синтезировать которое пока что никому не удавалось.